ствовала – вновь колдовала над вчерашними подарками, любовно раскладывая их на смятой постели и тихонько напевая что-то себе под нос. Эля улыбнулась и, напевая свой мотив, упорхнула в душ. До детского сада, а затем и до работы она решила прогуляться пешком, с наслаждением вдыхая прохладную свежесть утреннего воздуха. Настроение у Золотинки тоже было на высоте – она, как юркий воробушек, скакала рядом и без умолку щебетала обо всякой всячине, щедро делясь переполнявшими ее положительными эмоциями. До работы Элеонора добралась на полчаса раньше обычного и с изумлением обнаружила там какую-то лихорадочную суету – по коридорам носились разнокалиберные начальники, простых же смертных пока не наблюдалось. – А вот и наша звездочка соизволила явиться! – раздался откуда-то сбоку елейный голос директора. – Как всегда пунктуальна. ' – Интересно, когда это я приходила за полчаса до начала работы? – промелькнуло в голове. – Что-то не припоминаю за собой такого трудового героизма.' – Доброе утро, Самуил Яковлевич, – поздоровалась она, поворачиваясь к приближающемуся мужчине. Тот был одет с иголочки, в безупречно сидящем костюме и галстуке, а рядом с ним вышагивал еще один мужчина, лет сорока – сорока пяти. Он хоть и был одет в простые джинсы и водолазку, но что-то едва уловимое в его манерах подсказывало, что именно он здесь – главное действующее лицо. – Познакомься, Элечка, – с пафосом произнес директор, – это наш куратор из администрации президента, Леонид Федорович Мазур. А это – Элеонора Артуровна Шатрова, наш лучший специалист в сфере организации труда и внутренней логистики. Умница, красавица, гордость предприятия! Важный гость с нескрываемым сомнением окинул взглядом невольно выпрямившуюся Элеонору, пытаясь понять, шутка это или нет. Неужели эта юная особа с чистым, не тронутым косметикой лицом, действительно может быть ведущим специалистом в столь серьезном деле? – Простите, сколько вам лет? – неожиданно низким голосом пробасил он. – Скоро будет двадцать четыре, – робко пролепетала Эля, потупив взор. – Да ну?! – искренне изумился тот. – Я бы вам больше семнадцати ни за что не дал. Самуил Яковлевич весело расхохотался. – Многие попадались на эту удочку, а потом чувствовали себя круглыми дураками. Поверь, стержень у девочки – будь здоров! – Тогда не будем терять времени, – решительно пробасил гость. – Согласен, – подхватил директор и, повернувшись к Элеоноре, сказал: – Пройдемте в мой кабинет, нам нужно кое-что обсудить. Элеонора, если и удивилась, то виду не подала, уверенно шагая следом за мужчинами и ловя на себе полные недоумения взгляды сотрудников, неторопливо заполнявших коридоры офиса. В кабинете они чинно расселись за столом, дожидаясь, когда секретарша принесет поднос с ароматным кофе и изысканным десертом. – Что за утро без твоего волшебного кофе! – довольно проговорил москвич, первым придвинув к себе чашку. – Уже ради одного этого стоило посетить твою обитель. Сделав глоток золотистого напитка, Эля невольно согласилась с высокой оценкой гостя, пораженная новыми вкусовыми ощущениями. – Действительно божественно! – невольно вырвалось у нее. – У меня никогда такой не получается. Мужчины дружно рассмеялись, заставляя ее непроизвольно покраснеть. Когда с легким завтраком было покончено, директор приступил к делу: – Элеонора Артуровна, у уважаемого Леонида Федоровича есть к вам разговор, вернее – предложение. Я прошу вас его выслушать, а со своей стороны хочу заверить, что поддержу любое ваше решение. Эля начала потихоньку напрягаться, вспоминая свое утреннее состояние с предчувствием перемен. За прошедшие пять лет она, как ни парадоксально, привыкла к стабильности, и возможные перемены ее немного пугали. – Леонид Федорович курирует национальные проекты и лично контролирует фактическое исполнение поручений президента, – продолжил директор и повернулся к гостю. – Прошу вас. Тот что-то невнятно крякнул и, с подозрением взглянув на зардевшуюся девушку, открыл кожаную папку, лежавшую перед ним на столе. – Мне нужна ваша помощь, – огорошил он ее с ходу. – Вернее, не мне, а одному зашедшему в тупик проекту. Я уже целый месяц ищу специалиста, способного исправить сложившуюся непростую ситуацию, и вот совершенно случайно узнал о госпоже Шатровой, которая, по словам уважаемых мною людей, способна творить настоящие чудеса. Это действительно так? Хотя вопрос по сути был риторическим, в Элю уперлись два неподвижных вопросительных взгляда, прожигая ее буквально насквозь. Когда дело касалось работы и ее профессиональных навыков, она была спокойна, как сытый удав, еще со школы осознав, что намного умнее большинства окружающих ее людей, поэтому ответила почти мгновенно, уверенно выдержав взгляд мужчины: