– Послушай, Володя, я никому ничего не должен. И если с тобой не хотят общаться твои самые близкие люди, я тут совершенно ни при чем, – отрезал хозяин кабинета. – Хочешь найти ответы, посмотрись для начала в зеркало.
Некоторое время они сверлили друг друга взглядами, потом Пирогов произнес:
– У меня зеркало в белых пятнах, не все помню. Может, ты просветишь?
– Я могу говорить только о том, что видел своими глазами. У твоих белых пятен есть живые свидетели, вот их и расспрашивай.
– Ладно, согласен. Но что Артёму от тебя было нужно?
– Отвечу один раз, – поморщился генерал. – То же, что и тебе.
– Не понял, – Пирогов нахмурился, словно над решением сложной задачи.
– Он просил найти Макеева. Я сказал, что перезвоню, как только что-нибудь узнаю.
– Зачем ему Макеев? – Гость встрепенулся, как гончая, учуявшая след.
– Не знаю. Это уже второй вопрос, а твой лимит исчерпан.
Некоторое время в кабинете висела тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Пирогова. Наконец, он с трудом вздохнул:
– Значит, не поможешь?
Генерал пожал плечами в ответ. Владимир Борисович, словно старый, загнанный зверь, сгорбился и бесцельно забродил по кабинету. Механически, словно во сне, он открыл тяжелую кожаную папку, лежавшую на самом краю стола.
– Ты это, полегче с секретными документами, – проворчал Глотов, делая шаг навстречу.
Но было уже поздно. Взгляд Пирогова, словно магнит, приковался к документу с заголовком: "Представление на присвоение звания Героя России". Глаза забегали по короткому списку и вдруг замерли, наткнувшись на до боли знакомую фамилию: "Пирогов А. В. – капитан ВС России (Силы Специальных Операций)". Дальше шли установочные данные его сына. Сердце, не дававшее о себе знать последние четыре года, вдруг судорожно дернулось, словно пытаясь вырваться из груди, и остановилось. Пирогов мгновенно побледнел, жадно хватая ртом воздух, и начал оседать на пол.
– Оксана, воды! – взревел Глотов, срывая голос, и бросился подхватывать падающее тело.
Секретарша влетела в кабинет словно вихрь, держа в руках полный графин с водой.
– Давай сюда! – рявкнул генерал, опускаясь на пол и осторожно укладывая обмякшего друга.
От испуга девушка неловко дернулась, потеряла равновесие и, смешно взмахнув руками, начала падать на пол. Графин, выскользнув из её рук, завертелся в воздухе и со всего маху долбанул прямо в середину груди Пирогова, окатив его потоком воды. Секретарша шмякнулась рядом на четвереньки.
После удара Пирогов хрипло закашлял, лицо его мгновенно порозовело, и он, открыв глаза, удивленно произнес:
– Я не понял, что мы тут все на полу делаем?
Глотов облегченно крякнул и, окинув взглядом офигевшую секретаршу, застывшую на четвереньках, спокойно произнес:
– Старший лейтенант Смолина! Завтра с утра пиши рапорт на присвоение тебе внеочередного звания. Я подпишу!
Полчаса спустя они сидели за столом, где Пирогов внимательно изучал личное дело Артема.
– Выходит, он пришел к тебе через несколько дней после того, как меня перевезли в Израиль?
– Именно так, – подтвердил Глотов. – Только он был не один. Тёмку привез Макеев и попросил, чтобы я его спрятал, пока идет возня за твои деньги. Милана могла добраться до них только через вашего сына. Поэтому она и свадьбу расстроила, так напугав невесту парня, что никто до сих пор не знает, куда она сбежала.
– Постой, какая свадьба? – пробормотал Пирогов, а затем удивленно добавил: – Ах, да! Я же Элеоноре кольцо подарил… И Артему. Блядь! Милана… Убью суку…
Глава 20. Новый образ...
Интеллект в этой головоломке тоже оказался бессилен – требовалось «бегать ножками», уговаривать поставщиков, вклиниваться в бюрократические схемы отгрузок.
Она поставила себе дерзкую цель – завершить передачу дел к своему дню рождения, и успела тютелька в тютельку. Сейчас они сидели с Елизаветой в опустевшей, прибранной квартире, ожидая машину. Теперь у неё был персональный автомобиль с личным водителем, на которого, помимо прочего, возлагалась роль помощника по бытовым вопросам – подать, принести, унести… Элеонора с недоумением посмотрела на собранные вещи и усмехнулась: «Будто цыганский табор на переезд собрался». Откуда столько барахла? Естественно, всё это останется здесь, до обустройства на новом месте, но самое необходимое следовало взять с собой. Их путь лежал в город-герой Москву, где ей предстояло собрать команду для реанимации «Радужного моста». В отеле им забронировали номер, так что из вещей требовался лишь сменный комплект да пара мелочей. Учитывая, что Элеонора никогда не страдала страстью к накопительству, вещей набралось не так уж много.