А ведь как всё хорошо начиналось...
Когда работа уже подходила к концу, из отцовской половины дома прилетело:
-Дим, сходи воды натаскай. Вечером баню топить будем.
-Сейчас, копье закончу, - крикнул в ответ Дмитрий, продолжая обвязывать полоской кожи место крепления наконечника копья. Правильней, конечно, называть его рогатиной, но копьем как-то привычнее.
Еще раз, внимательно осмотрев оружие, молодой человек, прислонил рогатину справа от двери и вышел через зал в сени. Подхватив с порога пустые вёдра, он бегом направился к колодцу. Но уже на выходе его нагнал крик отца:
-Ты на кого собрался то?
-На лося, - крикнул в ответ Дмитрий. После чего тихо, чтобы отец не услышал, добавил. - Так я тебе и сказал на кого...
Когда набрав полные вёдра воды, парень бежал назад, отец уже вышел на крыльцо. Облокотившись о перила, он правил оселком лезвие топора.
-Кто в напарниках? - продолжил разговор родитель.
-Гор...
-Хэм... А не поубиваете там друг дружку? - хмыкнул предок, после чего Дмитрий удивленно поставил на землю наполненные ведра и обернулся к отцу.
-Из-за чего, бать?..
-Ну как? Из-за Натальи... Или думаешь, если вы тогда к озеру ушли, так я ничего и не знаю?
-Бать, не напоминай...
-Ладно, сам смотри... Ты у меня уже большенький... Должен понимать - что к чему... Хе, - продолжая диалог, отец приступил к колке дров. - И, кстати, не гонялся бы ты за ней. Эта вертихвостка половине парней на селе головы дурит...
-Бать, а вот на этом давай закончим... Разберусь, - нахмурившись, Митька рывком подхватил ведра с водой и побежал в сторону бани, на миг обернувшись. - Сам ведь, большеньким окрестил...
-Вот... вот... вымахал как каланча. В дверь уже не проходишь... А ума как не было, так и досе нет... - пробурчал Олег Борисович, сам не отличавшийся маленьким ростом и узостью плеч. С одной руки развалив очередную чурку, он посмотрел вслед сыну, тащившему два двадцатилитровых ведра, как будто те пустые и удручённо покачал головой. - Как бы не учудил чего...
Натаскав воды, Дмитрий забрал у отца топор и сам принялся рубить дрова. Перед баней нужно обязательно хорошо поработать, чтобы всё впрок пошло. Мышцы должны быть разогретыми и немного уставшими, тогда и кровь хорошо по венам разойдется. А значит, будет готова принять всё то ценное, что есть в аромате запаренных на раскалённых камнях травах. Попав через дыхание в легкие, полезные вещества мгновенно разойдутся по крови к насыщенным кислородом мышцам и внутренним органам. Вот тогда от бани и будет польза.
Да и парится веником после работы намного приятнее, и безопаснее. Уже начавшие работать потовые железы, не дают коже перегреться. Выделяя пот, они защищают её от ожогов, когда иной раз слишком поддашь пару. Можно, конечно, и не напрягаться перед банькой. Но тогда, чтобы хорошо пропарится, для начала придётся минут сорок сидеть в парилке при не очень высокой температуре. Ждать пока тело разогреется.
Можно и вовсе по-дурному - ввалиться в парилку и сразу кинуться пар поддавать, да веником размахивать. Только вот последствия, в виде ожогов и плохого самочувствия, практически гарантированы. Это, конечно, если вы в русскую баню решили сходить, а не побаловаться мытьем при пятидесяти градусах.
Митька, чувствуя, что ещё чуть-чуть, и он не выдержит, с криком выскочил через специальную дверь во двор. С разбегу нырнув в сугроб, он в блаженстве замер, распаренной кожей чувствуя, как остывая, тело плавит снег. Перевернувшись на спину и полежав пару секунд, он вскочил и с криком побежал назад.
-Ну, батя, держись! Теперь моя очередь! - закрыв за собой дверь парилки, схватил ведро с горячей водой и вылил на себя. Отдышавшись от резкой смены температур, схватил в каждую руку по венику и начал не сильно, но планомерно, прохаживаться ими по спине отца, постепенно усиливая удары. Через пару минут, зачерпнув ковшиком воду из кадки, в которой плавали запаренные травы, плеснул четверть объёма на камни. Набрав на веники целебного пара, он продолжил, усиливая удары. Отец аж закряхтел от удовольствия и подначил сына:
-Что-то ты сынок, мало парку поддал...
Дмитрий в ответ выплеснул весь ковш на камни. Волна перегретого пара, рванувшись к потолку, почти сразу, душистой и очень горячей волной, обрушилась вниз к полоку. По коже прокатилась жаркая волна. Парень охнув, присел к полу, натягивая войлочную шапочку поглубже на уши.
-Вот... Теперь в самый раз... Что присел? Продолжай...
Напарившись от души, Дмитрий сидел на лавке в зимней веранде и пил квас. Глядя сквозь забранное металлом окно на заснеженное поле, он лениво перебирал в голове свои дальнейшие планы. Внезапно в сенях послышался грохот, а через минуту на веранду ввалился Игорь Стрельников... Для друзей просто Гор.
-С легким паром! - бесцеремонно зачерпнув себе кружку кваса из бочонка, он устало упал на диван.
-Спасибо. В бане сегодня уже был? А то смотри, батя там на восьмой заход пошёл.
-А ты на каком вышел?
-Выполз... На седьмом... - с нарочитым безразличием ответил Митька и знатно приложился к ледяному квасу. Именно этот момент выбрал старший Бероев, чтобы присоединиться к компании.
-О, кажется, сегодня в селе спать никто не будет... - усаживаясь в кресло, напророчил отец Митьки.
-Это почему?
-А потому, дорогие мои, что когда вы вдвоём, то это бомба с включенным часовым механизмом, и до взрыва не больше пары минут... - смеясь, ответил предок.
-Бать, кроме танцев в клубе, больше никаких планов, - вернул улыбку Дмитрий. - Даю слово.
-Олег Борисович, право слово, ну что вы на нас наговариваете...
-Наговариваю?.. А кто в прошлом месяце, волков в село пригнал?
-А что ещё было делать, если они в ловчую яму не все попали? Пришлось в деревню гнать, - попытался оправдаться Гор, после чего Олег Борисович укоризненно посмотрел на двух девятнадцатилетних парней.
-Это понятно... Меня другое беспокоит... Медведь и тот сторонится таких стай. Можете, объясните старому охотнику, чем вы их так напугали, что они от вас ломанулись, как чёрт от ладана?
-Это к Диму, он у нас по технике...
-Да, ничего такого... Кроме пыли.
-Какой ещё пыли?
-Эндэ... - нехотя ответил Дмитрий и тайком показал кулак Игорю.
-Что-о?!! - вскинулся старший Бероев, от чего на лице сына промелькнул испуг. Отец в гневе страшен. Лицо, и так без излишней мягкости, мгновенно окрасилось светло-красным оттенком от прилившей крови. Глаза перестают смотреть на мир с уверенностью сильного, но доброго человека, превращаясь в налитые свинцом черные провалы, очерченные порозовевшими белками. Это глаза зверя, по ошибке принятого за столь слабое и безобидное существо как человек. Причём такого, что при желании обратит в бег и волка, и медведя, и ангела, и демона, случись с ними такая беда и окажись они у него на пути.
Отец Димки медленно поднимался с кресла, при этом продолжая неуловимо меняться. Плечи чуть подаются вперёд, а кисти рук начинают плавные движения, как будто в поисках того, за что можно ухватиться. Но это впечатление ошибочно. Они ждут приказа уничтожить цель, которая еще не обозначена, но уже намечена и требует применения этих смертоносных клещей. Движения эти - это готовность мгновенно схватить нужный инструмент, и применить с возведенной в абсолют точностью. Отец показывал как-то Диму, как правильно бросать гвозди. Брошенные с десяти шагов куски металла входили в дюймовую доску насквозь, точно ложась в круг. Дмитрий потом не поленился и проверил - как по циркулю забивали.
Правда, эти руки никогда не действуют самостоятельно - без направляющего руководства разума. Поэтому, всегда точно знают: что вот тут можно и без оружия, а вот здесь нужен нож, а вон там не хватит и автомата. Их действия определяет только разум. И он им говорит, что здесь и сейчас достаточно одной лишь силы рук. Силы, способной без всяких театральных рывков с неотвратимостью пресса сжать в кулаке подкову. И не просто так сломать, а в течение трёх минут постепенно сгибая, без рывков и хитростей...