Ну вот, похоже, запахло паленым, подумал Райдел. Полиция не исключает и Крит, а Макфарланды остановились в самой большой гостинице самого крупного города на острове. Райдел облизнул пересохшие губы. Он представил, как полиция арестовывает Честера в вестибюле гостиницы «Астир», допрашивает и как тот просит Райдела подтвердить, что они путешествуют вместе уже несколько дней и, следовательно, не могут быть замешаны в преступлении. Полицейские, конечно, захотят посмотреть паспорт Честера. Но вот чего Райдел не мог себе представить, так это что Макфарланд, отвечая на вопросы полиции, сохраняет самообладание, если, конечно, перед этим не выпьет. Райделу расхотелось лжесвидетельствовать. Он чувствовал, что сам начинает терять самообладание. Теперь ему уже не казалось все таким простым и легким, как вчера или в вечер убийства, когда он договаривался с Нико о паспортах.
Он зашел в небольшую кондитерскую, купил бутылку фруктовой воды и выпил ее, стоя возле прилавка и прислушиваясь к голосу, доносившемуся из репродуктора. Диктор читал обзор новостей. Он пробежался по сообщениям с лондонской конференции, на которой рассматривалось какое-то предложение Франции относительно финансов, прочитал сводку погоды, и — тра-та-ри-та — из репродуктора снова полилась греческая народная музыка. Райдел поставил пустую бутылку на прилавок и вышел.
Когда он открывал дверь в свой номер, зазвонил телефон. Все в нем похолодело, но затем он догадался, что это, скорее всего, Макфарланды. Звонила Колетта.
— Разбудила? Честер приглашает зайти к нам, выпить по бокалу перед ужином.
Райдел захватил газеты, прошел по коридору и постучал в дверь их номера.
— Входите, — послышался приветливый баритон Макфарланда. Но дверь оказалась заперта на защелку, и Честеру пришлось открыть ее самому.
Он был в халате и брюках. Райдел заметил у него густую щетину. Значит, он решил последовать совету и отпустить бороду.
— Добрый вечер, — поздоровался Райдел.
Колетта уже успела переодеться после того, как они виделись в последний раз. На ней было светло-серое, почти белое, твидовое платье. Она стояла возле длинного низкого комода, положив руку на бедро.
— Что будете пить, Райдел? — спросила Колетта. — У нас сегодня есть узо.
— Да, только что принесли бутылку, — добавил Честер.
— Хорошо. Можно узо, — согласился Райдел. — Спасибо.
У них оказалось также и ведерко со льдом.
— Я вижу, вы принесли газеты, — заметил Честер.
Райдел снял пальто и бросил его на спинку стула. Он взял греческую газету, но затем отложил, вспомнив, что Честер не сможет ее прочитать.
— Здесь сказано, что, по мнению полиции, вы все еще находитесь на территории Греции, — сказал он, понизив голос. — В качестве возможных мест, где вас следует искать, названы Корфу, Родос и Крит.
Честер насторожился.
— Что это значит?
— Ну, вообще-то в газете конкретно не сказано, что именно собирается предпринять полиция.
Райдел чувствовал себя не в своей тарелке. Он бросил взгляд на Колетту. Она готовила ему узо с водой и льдом и поглядывала на него весело и непринужденно.
— Я не знаю, каковы ваши дальнейшие планы, — продолжал Райдел, обращаясь к Честеру. — Думаю, здесь, на Крите, для вас будет безопаснее переехать в какой-нибудь маленький городок. Или попытаться уехать из страны по новым паспортам. Но для этого нужно вернуться в Афины. Отсюда самолеты за границу не летают. Во всяком случае, в это время года.
— М-да… — Честер задумчиво глядел в пол. В одной руке у него был бокал, другой он тер подбородок.
— Борода вам поможет, — добавил Райдел. — Но чтобы ее отрастить, нужно время.
— Ну, для моей бороды много времени не потребуется, — хихикнул Честер, но не очень весело. — Я отношусь к тем людям, которым приходится бриться дважды в день.
— Хорошо. В Афинах вам нужно будет вклеить в паспорт фотографию с бородой. Вы можете снова воспользоваться услугами Нико.
— Да-да. Я уже думал об этом, — кивнул Честер.
— Терпеть не могу бородатых, — улыбнулась Колетта, направляясь к Райделу с его бокалом. — Отвратительно, не правда ли?
Честер бросил на нее рассеянный взгляд, очевидно думая о чем-то своем.
— Ну, ну…
Райдел взял бокал, стараясь не глядеть на Колетту, и почувствовал прикосновение ее пальцев.