Нико пришел около семи и сообщил, что виделся с Андреосом в начале четвертого и что тот согласился встретиться с Честером в ресторанчике неподалеку от его цветочной лавки.
— Андреос обещал зайти сегодня вечером поздороваться с тобой, — улыбнулся Нико.
— Он не сказал, когда зайдет?
Райдел вдруг подумал о том, что, возможно, Честера уже допросила полиция и за ним установлена слежка. Тогда Андреос после их встречи может привести за собой хвост.
— После работы, — ответил Нико неопределенно. Одну за другой он осторожно опускал на пол в углу комнаты связки губок. — Он работать до восьми.
— Ты не разговаривал с ним после того, как он встречался с Честером? — спросил Райдел.
— Нет, я не видеть его с трех часов.
Нико снова перешел на свой ломаный английский явно из желания блеснуть перед женой, Райдел продолжал разговаривать с ним по-гречески, главным образом, чтобы Нико понимал все, о чем он говорит.
— Надеюсь, полиция не следит за Честером, — сказал Райдел.
— Полиция?
— Если за Честером слежка, то Андреоса допросят. Как он объяснит, зачем встречался с Честером?
Райдел раскрыл газету, которую принес ему Нико. Сообщение о Кноссе было теперь на второй странице. В заметке длиной в три дюйма говорилось: «Личность молодой рыжеволосой женщины все еще не установлена. Полиция разыскивает Райдела Кинера, молодого человека с темными волосами, описанного Периклесом Гуландрисом, продавцом билетов. Как полагают, Кинер скрывается в Афинах».
«Если полиция узнала мое имя, — подумал Райдел, — ей должно быть известно и имя Чемберлена, потому что источник один — регистрационная книга гостиницы. Кого же тогда полиция дурачит? Меня или общественность?» Райдел отложил газету.
— Я тоже читать это, — сказал Нико. Он налил три стакана ретсины.
— Сплошная чепуха, — пробормотал Райдел.
— Что? — спросил Нико.
— То, что полиция не опознала Колетту. Анна, какая из станций передает местные новости?
Довольная Анна прошла к радиоприемнику и настроила его на афинскую станцию.
Было семь часов, и выпуск новостей начался почти сразу. В середине выпуска диктор зачитал короткое сообщение: «Полиция Ираклиона по-прежнему пытается установить личность молодой женщины, тело которой было обнаружено в Кносском дворце».
— Они лгут, — усмехнулся Райдел.
— Зачем? — спросила Анна.
Райдел объяснил: полиция наверняка знает, что убитая женщина была женой Уильяма Чемберлена, и уже разыскала ее мужа, если он зарегистрировался в одной из афинских гостиниц. Честеру только на руку, если его найдет и допросит полиция. Это позволит ему обвинить Райдела Кинера в убийстве его, Честера, жены.
— Очевидно, полиция скрыла все это, потому что поверила Честеру, — сказал Райдел. — Расчет таков: я должен попытаться убить Честера, пока он не связался с полицией.
— Какой ужас! — вздохнула Анна. — Они уверены, что ты сможешь убить человека.
Райдел улыбнулся.
— В конце концов, именно это Честер пытался проделать со мной. Если бы в моих жилах текла кровь, а не вода, я бы, конечно, прикончил Честера.
Райдел заломил руки. Он чувствовал себя неуютно, точно актер, безуспешно пытающийся войти в образ.
Но Нико тут же рассмеялся, как зритель, которому нравится пьеса.
— Как бы то ни было… — Райдел отхлебнул ретсины. — Я даже не интересуюсь, в какой гостинице Честер остановился. Хотя готов поспорить, что это «Акрополь» или «Эль Греко». Он пробудет там пару дней, пока не получит новый паспорт. Он получит его послезавтра, не так ли, Нико?
— Так. Я дал Фрэнку фото сегодня днем.
— Ну а затем он попытается уехать из страны, — закончил Райдел.