— Интересно, но малоинформативно. Мотивы Карла я понял. Что вам от меня нужно?
— Откровенность за откровенность. Что ты на самом сделал с Иваном?
— Вложил в его голову бомбу.
— Срок?
— Без срока. Только бессмысленная фраза, которая превратит его разум в филиал бездны. Страховка, если все пойдет не так.
Глаза Мари удивленно расширились. Но страха в них не было, лишь интерес.
— Карл не даст тебя в обиду. Герцог объявит ему войну, если нарушит слово.
— Герцог не вечен. Иван считает, что отец любит его больше, чем дед. Лучше иметь рычаги влияния на будущего главу рода.
— Ты жестокий человек, Маркус Кайлас.
Никакого осуждения в голосе, наоборот, одобрение.
— Только я, ваша милость? Кто шантажировал деда, когда его внука взяли в заложники?
— Ты.
— Я ждал от него гарантий, не хотел выйти на улицу и получить шаровую молнию в спину.
— Я дала тебе гарантии. И получила за это плату. Это не шантаж. Просто услуга за услугу. Взаимовыгодное партнерство.
Я даже восхитился от такой наглости.
— Звучит до боли знакомо, — я сделал вид, что аплодирую. — И почему я ощущаю, что мне выкручивают руки? Так что с моим вопросом? Зачем я нужен вам, баронесса?
— Поговорим об этом, Маркус, когда иллирийский кризис минует.
Сказав это, он вышла из палаты и позвала Скуратовых. За время лечения их стало гораздо больше: приехали три изумрудных и один рубиновый. Это мне не понравилось.
Правда, я заметил в коридоре нашу шайку, которая тоже увеличилась. Это немного меня успокоило.
Скуратовы убедилась, что Иван в порядке. Он демонстрировал нормальную реакцию: старался на меня не смотреть, вздрагивал от каждого движения, просил уехать поскорее. Спустя пять минут благородные убрались восвояси.
В коридоре меня чуть не сбила с ног Луна. Потом неизвестный целитель проверил мое состояние. Выдал что-то невразумительное, но ободряющие.
Нашу шайку усилили два рубиновых и четыре изумрудных. Судя по их поведению, первые работали на Даламара, вторые — на Сайруса.
По дороге домой я рассказал сокращенную версию разговора с баронессой. Шантаж герцога и удар по репутации благородных, никаких отдельных предложений для меня.
Хуже всего к новостям отнесся Владислав. Он сидел мрачнее тучи, очевидно, злился на себя, что не предвидел такой вариант развития событий.
— Увы, герцог Скуратов не способен к компромиссу. Пока ты не достал клинок, он даже слушать меня не хотел, — недовольно сказал Сайрус.
А потом проломил барьер и стал договариваться со мной. Не первый провал Сайруса на ниве переговорщика. Никаких обид. Я почти привык.
— Это был впечатляющий спектакль. Ты хорошо отыгрывал безумие. Даже я проникся, — с двусмысленно улыбкой сказал Александр Омен. — Жаль, что этого благородного выродка пришлось отпустить живым.
— Жаль, что теперь каждая собака в столице знает, что Маркус племянник Адриана и очень способный ментальный маг, — сухо сказал Сайрус. — Это чревато большими трудностями.
— Плевать. Я защищал Луну.
Сайрус покачал головой и тихо вздохнул. Луна только улыбнулась, плотнее прижалась ко мне.
— Ты забрала перстень и патент? — запоздало спросил я.
— Конечно. Неужели ты думал, что я отдам честно отбитую добычу, — со странной улыбкой сказала Луна, демонстрируя кольца на цепочке. Оно оказалось слишком большим для ее пальчиков. — Судя по лицу экзаменатора, после твоего выступления он был готов отдать свой перстень, чтобы мы ушли.
— Можно посмотреть?
Луна кивнула. Широкий серебряный ободок, крупный сапфир. На внутренней стороне выгравирован символ школы и номер. Магии в нем не было, но такое кольцо можно легко превратить в артефакт.
— Надеюсь, когда-нибудь у меня будет похожий, — сказал я, возвращая любимой символ мага.
Она рассмеялась, спустя секунду ее поддержали остальные. Я недоуменно посмотрел на них.
— Маркус, если бы ты сегодня потребовал экзамен у руководства академии, они бы просто швырнули в тебя кольцо и патент, чтобы ты от них отстал, — пояснил Омен.
— Не исключено, — поддержал его Кохорн.
К счастью, вопрос о другом кольце Луна задавать не стала. Не готов я пока к этому разговору.
Когда мы вернулись, праздник никто устраивать не стал, все устали морально и физически. Охрана осталась с нами, старшие ушли обсуждать ситуацию, Владислав отправился анализировать произошедшие и строить новые планы.
Мы с Луной просто завалились спать. Проснулся я уже ближе к вечеру.