- Это тебе пригодится. - положил он папку рядом с Шотой. - Тут мои наработки, различные рекомендации и другие нужные документы. Сэкономит тебе время. Счастливо, друг.
И он поднял бокал с тостом за удачу нового владельца своего бывшего дела. Играла ненавязчивая, тихая музыка, гости постепенно раскрепощались, зазвучали шутки и смех. Кто-то заказал танцевальную мелодию и пары отправились наслаждаться ритмом танго, новомодного танца, привезенного из Франкии.
Коста перебрасывался короткими фразами с Шотой, стараясь удержать себя от того, чтобы не искать взглядом девушку с чудесными глазами цвета весенней листвы. Однако же красавица обратила на себя не только его взор. Сидящий рядом Шота разглядывал ее без всякой неловкости, вслух предполагая, кто она и кем приходятся ей мужчины, сидящие рядом. Музыканты заиграли вальс, такой же новый танец, который в Империи вначале приняли холодно и даже враждебно, но затем полюбили.
Один из сопровождающих мужчин пригласил девушку на танец и, спустя минуту, многие посетители «Прованса» любовались на молодую пару, легко и непринужденно исполняющую фигуры прекрасного танца. Танцевали они так, будто танец был для них родным и привычным и они не один раз выходили вдвоем под эту красивую музыку. Казалось, они не просто двигались, а летели над паркетом зала, будто музыка пела в их крови, а сами они были сказочными эльфами, порхающими над землей, из тех книжек с яркими картинками, что выпускали для детей печатные дома.
- М-да, какая, однако, красотка! - сладострастно улыбаясь, проговорил один из гостей, Ираклий Габишвили, причмокивая пухлыми губами, блестящими от жирного мяса, которое он с большим аппетитом поглощал. - Недурно было бы свести с ней тесное знакомство.
- Какие же вы сволочи, господа. - философски заметил Леон Бакерия, душа всех компаний, певец, танцор и рассказчик, методично разрезая на мелкие кусочки отбивную. - Вот увидели красоту и свежесть — и сразу же тянете к ней свои грязные лапы и похотливые мыслишки гоняете в своих головах. А такая красота дана, чтобы украшать мир. На нее нужно просто любоваться, наслаждаясь такой возможностью. Вот взглянешь на такую — и душа отдыхает, словно сползает с нее вся грязь, что успела пристать.. И сразу начинаешь верить, что будет в твоей жизни и праздник, и удача. Девушка необычайно хороша и видно, что жизнью еще не испорчена.
Как-то неловко засмеялись присутствующие за столом дамы, кто-то поддержал Леона, начавшееся обсуждение прервали новым тостом и лишь Шота, плотный, кряжистый, мрачный, по-прежнему не сводил с троицы тяжелого взгляда. Между тем девушка вдруг насторожилась, а затем вынула из маленькой сумочки аппарат связи, коими в последнее время наводнился Севастополь. Аппарат этот, чудо с магической начинкой и техническим исполнением, позволял связываться с человеком, находящимся на большом расстоянии. Стоил он немалых денег и был доступен лишь людям состоятельным.
Девушка выслушала звонившего ей, что-то коротко ответила, убрала аппарат в сумочку и что-то сказала своим спутникам. Они с сожалением поднялись из-за стола вслед за ней, оставили на столе деньги и вышли из зала. Коста жестом подозвал к себе своего помощника, сидящего на другом краю стола и что-то быстро шепнул ему. Тот понятливо кивнул и через минуту неторопливо вышел в холл.
На следующий день Коста Гаридзе знал почти все о незнакомке, встреченной вчера в «Провансе». Арина Лакур, двадцать лет, дочь известных врачей Эдварда и Нины Лакур, продолжательница династии хирургов. Работает в одной из севастопольских клиник, соседи отзываются, как о скромной, милой девушке. Родители вот уже десять лет работают в Европе, в частных клиниках. Девочку растила бабушка, умершая два года назад. В совсем юном возрасте Арина проявила большие способности в учебе и закончила лицейское образование в тринадцать лет.
Еще восемь лет назад она была бы обречена на домашнее обучение, общество не только не приветствовало обучение девочек, но закон Империи прямо ограничивал возможности женщин получать профессиональное образование. Женщина рождалась и проживала свою жизнь лишь для того, чтобы выйти замуж и родить как можно больше детей.
Взойдя на престол, Император Василий Четвертый из династии князей Вяземских, в числе других произвел реформы и в образовании — дорога в учебные заведения была открыта для женщин, для инородцев и для детей низшего сословия, было бы желание и работала бы голова, как следует. Некоторое время в учебных заведениях по инерции продолжались прежние ограничения, но молодой Император, горячо поддерживаемый супругой, быстро дал понять, что с ним нужно считаться.