- Я уже вхожу в отделение. Сейчас буду у тебя.
Выражение лица начальника полиции не обещало хороших новостей и сердце Косты сжалось. Он с трудом взял себя в руки и выдохнул:
- Рассказывай.
Коростылев молча достал из ящика стола небольшой бумажный пакет и высыпал перед ним на стол женские украшения. Коста как во сне смотрел на знакомые вещи, не имея сил что-нибудь сказать.
- Вижу, узнаешь. Поехали.
В полицейском экипаже они также молчали, потом шли по длинному коридору, стены которого были окрашены бледно-зеленой краской. Коростылев что-то говорил сестре милосердия, одетую в длинное форменное платье и с белым платком на голове, встретившейся им, затем к ним присоединился мужчина в белом халате и повел за собой. Они вошли в просторную палату и Коста увидел на высокой кровати женщину, укрытую по плечи белой простыней. Остановился, пристально вглядываясь, пытаясь собраться с мыслями.
- Жива! Она жива!
Бросился к кровати и...побоялся дотронуться, настолько израненным оказалось хрупкое тело жены. Переводил взгляд с тонких рук, покрытых гематомами и с израненными запястьями, на лицо в кровоподтеках и боялся думать о том, в каком состоянии увидит тело.
- Мы сделали все, что могли. - осторожно кашлянув, проговорил лекарь. - Состояние остается крайне тяжелым. Множественные переломы, ушибы внутренних органов. Женщину надеемся спасти, а вот ребенка не смогли, слишком сильно ее били.
- Ребенка? - пересохшими, непослушными губами переспросил Коста.
- Да, срок беременности был небольшой. Надеюсь, что в будущем все наладится и у вас еще смогут быть дети…Видимо, была попытка насилия, похоже, она сопротивлялась...
Лекарь явно растерялся, желал поддержать его и не знал, какие слова могут сейчас облегчить терзания мужчины, который стоял перед своей умирающей женой.
- Состояние вашей жены осложняется тем, что из-за травм что-то в ее организме нарушилось. - виновато добавил он. - Я имею ввиду, что по моим сведениям она — целитель, но сейчас почему-то не может обратиться к своим способностям и помочь себе. А наши целители не имеют большой силы и тоже многим не могут ей помочь. Почему-то дар вашей супруги вступил в конфликт с даром наших лекарей. Мы даже снять болевые ощущения с их помощью не можем. Поэтому, в основном, обращаемся к традиционным способам.
- Кто? Кто это сделал? - он повернулся к Коростылеву. - Найди их, Павел, найди их, прошу тебя.
Он резко повернулся к целителю.
- Сделайте все, что вы можете. Помогите, облегчите ее боль. - Коста вынул из кармана бумажник и достал, не глядя, пачку денег. - Вот. Покупайте все препараты, заказывайте в аптеках лучшие зелья, поставьте лучшую сестру милосердия. Будут нужны еще деньги или другая помощь — говорите. Я приглашу на консультацию профессора Завьялова, не откажитесь его принять.
Он вышел из палаты, порываясь идти быстрее, что-то делать, чтобы сдвинуть с сердца этот камень, который упал на него с того момента, когда он увидел лицо жены со следами побоев. Как, не мог он понять, как можно было сотворить такое с женщиной? Перед глазами его вставало видение — хрупкая, изящная фигурка Арины, ее милая улыбка, доверчивые зеленые глаза. Нет, он не оставит это без возмездия. Пусть полиция ищет, а он сам займется поиском мерзавцев.
День прошел для него, словно в тумане. Он встретился с профессором Завьяловым, который пришел в ужасное волнение от его слов о том, какое несчастье постигло его любимую Аринушку и тут же собрался ехать в Госпиталь, где она находилась.
Потом Коста зашел к знакомому частному детективу и проговорил с ним почти час. Затем уехал домой, пообедал, не запомнив, что ел и ушел в гостиную, по которой мерно шагал из угла в угол, соображая, что делать дальше. Взгляд его зацепился за стоящий на подоконнике записывающий аппарат, новое изобретение магов, которое недавно он подарил жене. Взял его, автоматически включил.
Услышал громкий щебет каких-то пичужек и нежно усмехнулся — Арина осуществила свое желание, записала звуки утреннего сада.
- Госпожа, к вам гость. - услышал он голос горничной и насторожился.
- Доброе утро, Шота. А Косты нет дома, он вернется из поездки только завтра к вечеру. - ему показалось, что он слышит страх в голосе жены.