– Так ты летишь в Москву к ней, надеясь отыскать?
– Да, совершенно верно…
– Что движет тобой, нет, я не спрашиваю с безумием и вовсе не считаю тебя таким, мне интересно понять чувства, в данном случае твои, твои ощущения, переживания, ну с точки зрения писателя,– Валдис слегка замешкался, он боялся задеть Натана, но Натан понял его правильно.
– Мое отношение к Каролине сложно описать словами, но в детстве я чувствовал, что этот человек часть меня, перечитывая свои детские дневники, я вновь и вновь окунаюсь в это чувство, не то чтобы я испытывал влюбленность, я просто знал, что она часть меня, мы говорили на одном языке, видели мир в одних красках, но мы и учились друг у друга. Да, я сентиментален и это порой очень раздражает моего отца и лучшего друга, но ведь в сентиментальности вся наша искренность, вся наша чувственность.
– Ты знаешь, Натан, твоя история очень интересна и если она кончится нужным финалом, то это будет похоже на сказку. С другой стороны, ведь жизнь не такая серьезная как ее воспринимают люди, просто в воздухе повис вопрос материальный, тебя этот вопрос не тревожит и ты спокойно идешь к своей цели. И я стараюсь воспринимать жизнь с легкостью, за это она и отплатила мне своей благосклонностью, не то, чтобы все идеально, но я благодарен, за исполненные просьбы. Надеюсь, ты тоже получишь ее благосклонность,– очень дружелюбно заметил Валдис.
Натан внимательно посмотрел на Валдиса и впервые в его голову закралась мысль о материальном существовании, весомее, чем раньше… Что делал бы он не будь он богат, подумав минуту об этом и понаблюдав за тем как самолет постепенно спускается все ниже и ниже, он выбросил эти мысли из головы и снова перевел свой взгляд на Валдиса:
– Спасибо, ты первый, кто пожелал мне удачи в моей цели,– ответной улыбкой сказал Натан.
Валдис лишь снова улыбнулся Натану и каждый вновь погрузились в мысли. После в аэропорту они распрощались. Валдис еще раз пожелал успеха Натану, они пожали друг другу руки и каждый пошел своей дорогой. Натан ждал свой рейс и думал об их разговоре, о Каролине, о смысле денег в жизни человека и том как материальный мир не нужен самому главному, что дает нам жизнь – душе.
Глава 11
Жизнь Каролины бежала настолько быстро, что обернувшись назад, она обнаружила всего четыре недели, но прожитых четыре года ощущений. Ее не могли не радовать изменения, однако, вместе с радостью были сомнения, которые она предпочитала в себе глушить, не давая им взять верх. А мужчина, столь быстро изменивший ее жизнь, стал для нее теперь просто Алан. С легкостью принимая его ухаживания, она и вовсе не вспоминала о Натане, не то чтобы она забыла то приятное детское время и письма и переживания, нет, она всего лишь решила уступить, устав ждать чуда, довериться своей интуиции, но доверилась ей только на словах, на деле же не слушалась себя.
Месяц Алан с любопытством ухаживал за Каролиной, быстро поняв в чем нуждается девушка, он с легкостью воплощал ее мечты в жизнь, предоставив все нужное ей и вот Каролина попала в свой волшебный сон и ни в чем не нуждалась, но и на серьезные отношения с Аланом пока-что не решалась, в глубине ее души где-то сидела надежда под именем Натан, Алан и не настаивал, временами его забавляла такая игра, а временами он прибывал в раздумьях. Спустя некоторое время между ними был разговор, в котором Каролина, боясь непонимания Алана честно сказала ему: «Алан, мне дорога встреча с тобой, я чувствую, что это важная встреча в моей жизни. Ты располагаешь меня к себе и наступит день, когда я расскажу тебе свою важную историю, я верю, что ты ее поймешь и посоветуешь мне что делать, а пока я набираюсь смелости, я спрошу тебя…Могу ли я рассчитывать, что ты будешь мне хорошим, достойным другом и своего рода наставником…Пойми меня правильно, но я девушка и я совсем одна, однако, верю в твою благородность. Могу ли я знать, что наши отношения только дружеские?», Алан ответил просто и как всегда успокаивающе: «Наши отношения отцовские, дорогая».
Так оно и было, пока одним вечером он не вызвал Каролину на серьезный разговор. Уже совсем иная Каролина: радостная, довольная жизнью, в прекрасно нежном голубом платьице сидела в кресле в гостиной новой квартиры, читая книгу, как Алан встав с софы напротив показал свою нерешительность, встретив любознательные глаза Каролины: