Меж тем, за окном моросил дождь, легкой вуалью он сказкой окутывал мгновение своего появления, стоит только уловить этот миг, так со всем преходящим в нашу историю, все зависит от восприятия, пусть даже на банально моросящий дождь.
Ami
«Август, друг мой, у меня такая новость для тебя, где же ты».
Натан стоял на верхней террасе своей новой-старой виллы, он курил трубку. С недавних пор он стал курить, исключительно трубки, ему нравился образ, который трубка ему придавала. Чем это было вызвано данное увлечение он бы не смог ответить, сейчас ему казалось, что с трубкой ему легче думается и красиво смотрится. Натан разглядывал тихую морскую гладь в темноте и думал о своем друге. Он развернулся и посмотрел как в верхней гостиной спала Каролина, она уснула за его рассказами о метафизике, ничто не поменялось с их детства. Натан решил объединить террасу и гостиную стеклянными окнами, которые летом могли бы подниматься. Каролина спала на полу в окружении первых дневников Натана, которые он принялся отправлять в издательства Лондона, эта идея пришла ему за обдумыванием об их количестве, Натан посчитал, что при правильной корректировке получится хорошая история, поддержка Каролины лишь утвердила его решение. Он снова развернулся к морю и вспомнил свои мысли о друге. Последний раз они виделись в Италии и Август искренне поддерживал его, а сейчас Август исчез. Натан видел его душевные метания после Ниццы, но друг не делился с ним переживаниями, стараясь быть прежним и обманывая себя. А ведь сколько они пережили друзьями, может это Натан смел допустить незаинтересованность к одному из самых дорогих людей.
«Мне кажется, я помню каждую его радость и каждую его печаль. Помню как на экзаменах в школе он получил неуд, казалось он ничего не боится, выпускной класс, а он провалил экзамен и более того пошел гулять с девочками, ему всегда нравились девочки больше, чем стремление добиться успеха. Говорил и мне хороший вариант нашел, я редко слушал его такие разговоры. Я заставил его пересдать экзамен, ни отец ни мать не могли на него повлиять, а я заставил, потому что он мой друг и других объяснений моего порыва я здесь не вижу. Готовился вместе с ним по телефону, пропускал свои уроки, чтобы помочь ему, а когда он сдавал, сидел у телефона и ждал его звонка, молился чтобы он сдал, видел как потеют ладони у меня и тогда мне думалось пусть лучше у меня потеют, чем у него. Сдал. Вместе поступили в университет в Шотландии, учились, боролись, ссорились и спорили, но всегда и при любых обстоятельствах были рядом друг с другом, плечом к плечу, как братья. Да, он мой брат. И это лишь больше говорит мне о моей ответственности к нему…Что могло сейчас случиться с ним и так расстроить его, чтобы он потерял свою лучезарность и легкость к жизни».
Натан выкурил трубку и зашел внутрь, Каролина спала, книги ровно стояли на полках, тишь да гладь в его доме; он отнес бокалы вина на кухню и хотел было позвонить Августу, но вспомнил телефона в доме не было: «Да и в Лондоне уже давно за полночь…». А это должно его волновать? Вдруг, ни с того ни с сего к Натану в голову пришел Август, может ему нужна его помощь, он вспоминает друга весь вечер, ловит себя на мысли и разве это не знак. Натан спешно надел пальто и вышел на улицу, нащупав в кармане пару монет, он двинулся в сторону ближайшего отделения почты, в километрах пяти, но вспомнил, что Каролина осталось дома совсем одна, сердце его не могло так поступить с любимой. Вернувшись он написал записку для Каролины, аккуратно вложив бумажку в ее руку Натан пошел на почту.
«И почему я так уверен, что почта работает?!». По дороге на почту он завал себе вопросы, Натан часто мог делать так: задавать себе вопросы, быстро отвечать на них или же, наоборот, долго размышлять над ответом; он, словно, брал интервью сам у себя; сейчас его вопросы касались его дружбы. Дойдя до почты Натан обнаружил, что внутри действительно горит свет, дверь ему открыла молодая девушка, явно заплаканная, она работала на почте и не имела дома телефона, а ее молодой человек жил в Болгарии, пребывая в сентиментальных чувствах девушка с радостью согласилась помочь Натану соединить его с домом Августа в Лондоне. Шли долгие гудки, после четвертого гудка Натан был готов положить трубку, все же ему было неловко звонить в такой час, на шестой гудок с Туманного Альбиона Натану ответили.