Пережив оставшиеся пару дней, пролетевших неожиданно быстро, я принялся встречать гостей, выслушивая их лесть, похвалу, и конечно, просьбы. Сегодня они меня все раздражали. Жужали надоедливыми мухами, отнимая шанс поговорить с той, кто на самом деле мог стать мне мамой. Моим глотком пьянящей свободы.
Я нес заученный бред на награждении, раздавал ордена, восхвалял, приукрашивал подвиги достойных и слегка угрожал остальным. Я мечтал оказаться наедине с герцогиней Ранев, и поговорить откровенно. Будет ли она готова общаться со мной сейчас, спустя годы после того, как я вел себя словно засранец? Хотя… Лерье же она приняла. Не отказала стать донором магии, не отталкивает его.
Сама Малерта Ранев оказалась настоящей красавицей, словно красота с годами становилась лишь выразительнее. Гордая посадка головы, прямая спина, степенный шаг. Настоящая леди, что знает себе цену.
Я ждал момента, когда смогу пригласить ее на разговор в кабинет, где смог бы не думать об окружающих.
Мое нетерпение приметил Ириден, спросив прямо, с чего бы я такой напряженный сегодня.
- Все сложно. Узнал я сегодня, что твоя мама когда-то давно помогла отцу, хочу отблагодарить ее. Если не деньгами и землями, то хотя бы словами, – я неопределенно повел плечами и в очередной раз снисходительно улыбнулся.
На нас смотрели многие из присутствующих, давать тему для разговоров не хотелось.
- Мама на тебя разозлилась, – я удивленно переспросил, чем уже успел насолить герцогине. – А кто ей платье прислал, вынуждая приехать?
- Какое платье…? – я был удивлен, и не сразу припомнил слова брата о недовольстве герцогини, которая обязательно приедет. – Не я это все учудил, а брат. Поставил цель ему вытащить несговорчивую затворницу, а как он этого добьется, уже и не интересовался. Тогда было важно ее присутствие.
- Ничему ты не учишься, – покачал головой Ириден. – Ваше величество, как же вы можете постоянно плясать на садовом инвентаре?
- Опять нарываешься на репрессии? – усмехнулся я, не злясь на брата.
Он ведь прав, и не обидели меня эти слова. Скорее, приободрили.
- Как извиниться перед ней? Чем можно заслужить ее одобрение?
- Одобрение? – удивился Ириден. – Даже не знаю. Признай свою ошибку, объясни, что не знал, как иначе заставить приехать. Мама любит откровенность. Она, может, и леди из высшего света, но работа целителем наложила отпечаток. Гордая, смелая, богатая и простая в общении. Вот такая у нас мама.
- Повезло.
Поблагодарив друга, я улучил момент и улизнул в кабинет, куда и привели Малерту Ранев. Сердце билось где-то в горле, мешая дышать. И сам не ожидал, что буду так сильно нервничать. Казалось бы, за годы аудиенций я просто обязан привыкнуть к общению со знатными личностями, но нет. Сегодняшняя встреча была определенно другой, куда более значимой для меня.
- Проходите, леди Ранев, присаживайтесь, – лишь смог я указать на диван, заставляя себя стоять неподвижно. – Если желаете, я прикажу подать легкие закуски и вино. Ну, или сок с настоями, – под удивленным и скептическим взглядом поправился я.
- Что же, если это вас устроит, то можно и сок с настоем. Успокоительный.
Малерта Ранев явно подшучивала надо мной, но я не стал заострять на подобном внимание. Не для ссоры я ее сюда вызвал.
Красивой походкой она подошла к дивану и устроилась на нем. Я же опомнился и вышел, чтобы отдать указания стражам. Они привыкли организовывать мне перекусы во время долгих заседаний в кабинете. Приблизительно знают, чему я буду рад, а что останется нетронутым.
Вернувшись в кабинет, я устроился напротив герцогини и внимательно на нее посмотрел. Ни капли страха, неуверенности или жеманства. Словно передо мной был мой советник, а не леди, что годами не посещала подобные сборища.
- Прежде всего, я хотел перед Вами извиниться. Ситуация с платьем приключилась неприятная, но я должен был заставить вас приехать. Для статуса ваших же детей старался.
- Если вы думаете, что я так уж сильно нужна сыну и дочери, то сильно заблуждаетесь. Они привыкли к моей холодности за годы, что я заменяла им и отца, и мать. Можно сказать, я сознательно от них отдалялась, желая воспитать самостоятельных и независимых людей. Если им что-то действительно нужно, они сами приезжают ко мне. Так уж заведено в нашей семье.