- Пока все не станут полагаться на закон, наша страна погрязнет в клятвах и смертях, что они приносят, стоит лишь оговориться.
Мы продумали основу разговора еще вчера, и теперь лишь разыгрывали сценку для одного зрителя.
- В чем-то уважаемый страж прав, – подумав, поддержал меня целитель. – Вам стоит подумать над тем, чтобы наказать хозяев звонкой монетой. В будущем, это может спасти чью-то жизнь. Как вы дали вашу клятву, как до этого дошло? Если вас принудили или заставили шантажом, то не молчите.
- Я служила моим хозяевам, когда они еще были детьми, – по сути женщина не сказала имени хозяев, не назвала имя рода, а значит, искать их мы могли очень долго. – Была кормилицей хозяйских дочек. Я их очень люблю, но они так изменились…
- Из-за чего? Что изменило девушек? Им угрожают? – опять напирал я.
Меня интересуют подробности, которые она могла рассказать без вреда для себя. Если она кормилица матерей Элоизь, то может знать очень много!
- Теперь да, но так было не всегда, – едва не расплакалась женщина, и Сальтор тут же подал ей новый стакан.
- Милая, выпьете вот это, и вам станет легче. Ваше внимание рассеется, и я смогу, наконец, работать, а вы поговорите со стражем. Вы даже ничего не почувствуете, обещаю вам, душенька.
Сальтор подал мне условный знак, и я внимательно уставился на допрашиваемую. В этом стакане было то самое зелье. Его мы решили применять не сразу, а лишь натолкнув на мысль о творящемся в семье Киль беспределе. Та же Элоизь знала в чем суть, над ней не висела клятва и навредить ей я не мог. Ее и не нужно было наводить на мысль о готовящемся перевороте, тогда как служанка и бывшая кормилица в доме, который считала своим, могла лишь догадываться или специально гнать от себя эту мысль. Она однозначно могла слышать больше той же Элоизь, ведь в отличии от избалованной, уверенной в могуществе своей семейки драконицы, эта женщина понимала, что ждет ее, стоит правде выйти наружу. И она боялась, а не предвкушала грядущие перемены.
Взгляд женщины уже знакомо остекленел, и Сальтор мне кивнул.
- Что именно происходит в вашем доме? – спросил я, активировав запись на кристалл.
Ее допрос станет основным в деле против рода Киль и других заговорщиков, так как она в нем не замешана напрямую. Не получает явной выгоды и находится под принуждением. Смягчающих обстоятельств у нее масса.
- К нам приходят те, кто недоволен королем. Они хотят поднять восстание, заставив стражей метаться по столице, и тем самым вызвать недовольство среди простых граждан. Планируют подставлять тех, которые поддерживает короля. И когда Ульрос потеряет основных сторонников, ударить по его слабому месту.
- Можете назвать имена этих родов и подробности подстав и беспорядков? – спросил я, хмурясь.
Подробности! Вот чего не хватало мне после допроса Элоизь. Для нее было все равно, мятеж или восстание. Главное, что другим будет плохо, а ее семье, наоборот, хорошо.
- Да…
Целый список саботажей на предприятиях, подброшенные анонимки, сокровища, украденные из казны короля, пожары в полях, воровство из хранилищ короны... Много чего планировали заговорщики, совещаясь в главной столовой дома Киль. Прислугу они не боялись, и сейчас это было мне на руку.
Сальтор ослабил удавку ее клятвы и внимательно следил за показателями здоровья допрашиваемой. Пока он молчит, я могу спрашивать все, что требуется узнать без плачевных последствий.
- Еще они планируют убить короля, обвинив в этом младшего принца, – сказала пожилая кормилица, и я едва не закашлялся от неожиданности.
Вот тебе, и простая служанка! Столько же она на самом деле знает?
- Как именно? Отвечайте подробно, со всевозможными деталями.
- Отравить. Всем известно, что Ульрос пьет много поды с соком мятной травы. В нее они и хотят подлить отраву, оставив у кровати его Величества. В комнату за несколько часов до этого зайдет младший принц. Вернее, слуга, допущенный недавно до уборки в покоях короля. Он будет под личиной принца, и стража его увидит.
- Когда это собираются сделать?
- Через месяц. Когда принц разберется с советниками, став нежеланным наследником для окружающих. Его должны бояться.
И ведь все могло получиться! Ульрос, и правда, перед сном и по утрам, сразу после подъема, выпивал около литра злополучной воды. Поддержать версию невиновности принца Лерье могли бы лишь те, кто на его стороне. Однако, сейчас его боялись абсолютно все окружающие. И они не захотят сажать на трон такого монарха. Скорее, напротив, обвинят в убийстве брата. Вернется король, и что тогда?