- Вот еще! Раз смог заделать ребенка, то сам и справится с признанием. А нет, так умрет мелкий уже через час…
От жестоких слов целительницы у меня едва не подкосились ноги. Как умрет?! Мой с Эльзой мальчик умрет?
- Олегена, не нужно! – одернула ее любимая. – Ресталь, это мой сын. Я клянусь, что ты никогда не будешь содержать его или меня. Ни он, ни я никогда не будем претендовать на твои титул и достаток. Но не отнимай у него жизнь. Я спасла тебя в тех скалах. Чуть не сдохла сама, но тебя удержала! Окажи ответную услугу. Когда он родится, вдохни в него жизнь. Это все, что я прошу.
Я слушал ее и не слышал. Слова уходили мимо меня. Что за бред она несет? Какой титул и какие еще деньги? Все мое и так принадлежит ей, и теперь нашему мальчику. Мальчику. На губах заиграла улыбка. У меня есть сын…
- Время, дракон! Мы больше не можем оттягивать рождение! Ты вдохнешь жизнь или мне его умертвить до рождения? До того, как Эльза будет мучиться, выталкивая крупное тело из себя? Поверь, по кускам, оно ей легче будет.
Я закивал головой. Потом принялся мотать ей, понимая, что именно она планирует сделать, если я откажусь. Убьет малыша, и не будет у меня наследника.
- Я признаю его! Клянусь, что признаю. Все, что нужно сделаю.
- Вот и хорошо. Ты одежку скидывай вон на тот стульчик и приводи себя в порядок быстрее. А я пойду помогать нашей Эльзе, – пожилая женщина погладила меня по спине, направляя к раковине.
Я быстро переоделся, вымыл до скрипа руки и вытер их. Я оттягивал момент, когда придется повернуться к Эльзе лицом. Так я только слышал ее стоны и крики, переворачивавшие у меня все в душе, а если повернусь, то буду еще и видеть происходящее. И не важно, что кушетка стоит таким образом, чтобы я не видел никаких подробностей, а мог лишь смотреть на прикрытые ширмой разведенные ноги и взлохмаченную макушку Эльзы.
Стоны, переходившие во всхлипы, уговоры постараться или подождать следующей схватки... Это было самым страшным моим кошмаром сейчас. Я же тут, рядом, и ничего не могу сделать. Мне даже не разрешили взять ее за руку. Шикнули, как на нашкодившего котенка, приказав не отвлекать Эльзу. Все это длилось и длилось. И я не знал, когда же пытка прекратится? Почему ей не помогут и не вытащат малыша? Неужели они не понимают, как ей больно сейчас?
- Все! – произнесла целительница и похвалила Эльзу. – Молодец, девочка, отдыхай теперь. Десять минуточек отдыхай, и продолжим.
Ее помощница обтерла малыша от крови и поднесла его ко мне. Младенец был синим, и едва дышал. Мой дракон скулил, желая помочь ему, и мои руки, с вылезшими когтями и черной чешуей, перехватили крошечное тельце. Я прижал его к груди, делая глубокий вдох.
- Ты что удумал, полоумный! Убить нас всех хочешь?! – воскликнула целительница. – В ту комнату! Тут стены не выдержат. Еще один безумный папашка на мою голову. Все им разжевывать нужно! Хоть курсы для таких придурков организовывай, дабы подобного не творили. Убьет один такой спешащий и нас, и жену не драконьей масти, и что тогда?
Меня принялись подталкивать в спину, пока я не зашел в соседнюю комнату со стенами из огнеупорных материалов. На стенах была копоть, и я понял, что только тут могу дать волю дракону, желавшему спасти своего ребенка. Вновь набрал побольше воздуха в грудь и дыхнул на моего мальчика.
Моя сила, способная уничтожать преграды, в этот момент преобразилась, стала другой, нежной, мягкой и какой-то заботливой. Весь поток, что я направил на малыша, впитался в него, окутав черной дымкой нас обоих. А когда дым рассеялся, то на моих руках был крепкий здоровый ребенок, прибавивший в весе минимум пару килограмм. На его макушке появился коричневый пушок легких, как перышко, волос. Курносый носик, розовые губки, пухлые щечки.
Значит, дракон будет коричневым. Дракон хаоса родился. Тот, кто сможет уничтожать города, погружая их в тлен и разрушая силой своей магии. Мой сильный сынок. Я уже им гордился, хоть мы и виделись с ним первый раз в жизни. В нашей счастливой, полной любви друг к другу жизни.
Он так нежно прижимался ко мне, к моей груди, так забавно сопел, погрузившись в здоровый сон, что я не сразу ощутил, что меня тянут за рукав.
- Мелкого-то верни, – привлекла мое внимание женщина – Его маме нужно отдать. Это теперь ее забота и отрада.
- ОН МОЙ! – взревел, я отступая от женщины.
Если потребуется, то я уничтожу все преграды, но сына не отдам.
- Но ты же сам согласился не… – видимо, мой грозный вид ей сказал больше, чем я мог сейчас произнести. Отступив, она оглянулась на дверь. – Хорошо. Твой. Ты пока его держи крепко, смотри, не урони, а я подготовлю ванночку и пеленки. Его же от мамкиной крови отмыть нужно. Как он, такой грязный-то, будет?