В голове уже роились мысли, что и кому нужно привести в качестве аргументов. Как начать разговор с Ульросом, чтобы уже через неделю мой сын был счастливо женат, а через две представил сына обществу снобов. Причем, последнее не обязательно. Обойдутся на наше чудо заглядываться.
Девиз моего рода всегда был «Все для семьи. Все для нашего рода!» И отступать от него я не намерена. У них, у сильных и деловитых, было время решить проблемы самостоятельно. Но раз они не справились, то в дело вступаю я.
Глава 17
Эльза.
Как и обещала Деметра, за пару дней до начала бала она принесла мне на выбор три красивых платья. Пошитые по моде этого сезона, они отличались незначительно: оттенком, фасоном, и наличием оборок. Я предпочла платье, не особо откровенно облегающее мои текущие формы.
Увы, но округлившиеся бедра и налившаяся грудь не были столь незаметными, как отросшие волосы. Я не выглядела, как полная или упитанная, скорее, стала более женственной. По совету мамы, я выбрала то платье, что делало акцент на груди, но скрывало бедра. Прическу мне переделывали несколько раз, стараясь скрыть более округлое, чем обычно, лицо.
Оставив сына на бабушку, что никогда не стремилась посещать тацульки во дворце, я переместилась в дом мамы, где и встретилась с братом. Времени для разговоров уже не оставалось, но никто не стремился указывать на меня пальцем и лезть с вопросами. Так, смотрели удивленно и помалкивали.
Видимо, мама уже успела поговорить с Ириденом. Кроме осуждающего взгляда, от брата я не получила ничего конкретного. Привез он мне очередной гарнитур подходящих под наряд драгоценностей и большой букет цветов. Последний в счет моей завершившейся самоизоляции. Как болеющим приносят фрукты, так и меня брат едва не встретил с накрытым столом. Хорошо еще, без корзины фруктов пришел, а то ведь мог и принести из вредности.
И ехали мы с ним молча на бал. Дулся брат очень мило и показательно, смотря в окно, словно никогда не видел улиц нашей столицы. Как настоящий обиженных хомяк с огромными щеками. Вот сейчас он был истинным лордом, каким их видят простые граждане, рассуждая о том, как мы не можем трезво мыслить, живя на всем готовеньком. Может быть, мой брат и не был столь наивным, да и стоял крепко на земле, однако, дулся, как тот самый потомок древнего рода, которого отлучили от финансовой кормушки родителей и заставили первый раз в жизни работать.
Хотя я была рада не начинать разговор с ним, пока не смогу убедиться, что Ресталь меня понял и принял обратно. Меня даже не пугали все те шепотки и косые взгляды, которые ожидают во дворце сегодня. Какое мне дело до них, когда я сама ошиблась, сбегая во второй раз, но уже из больницы?
Я и сама не знаю, зачем поступила так в тот раз. Может, меня гнали гормоны, что не испаряются сразу после родов. А может, это был страх прямо в родовой рассказывать, почему я ничего не сказала ему о ребенке. Я же видела и его встревоженный любящий взгляд на себе, и сумасшедшее счастье от возможности коснуться собственного новорожденного сына.
А я, глупая, верила в свою правду о том, что Ресталь отступит в сторону, как только отдаст долг жизни нашему сынишке. Соринь же не только не отступил, он явно с большим трудом вернул целителям малыша. После подобного я смогла активировать переход, сжав зубы и покрепче вцепившись в пеленки с Фалем. Малыш заслужил право иметь любящего отца, а не ширму. Но я тот момент я не понимала, какую ошибку совершаю.
Мне было страшно выйти из палаты и наткнуться на любопытный взгляд первой же знакомой аристократки. Мой сын не должен страдать из-за нашей ошибки с его отцом. Только не он. Вот и убежала я, поджав хвост, решив оттянуть встречу с обществом хоть еще на пару недель. Побыть счастливой в эти дни, не оглядываясь по сторонам и не прислушиваясь.
- Так и будешь молчать? – сдался первым Ириден, издав усталый вздох. – Может, поговоришь со мной. Скоро уже приедем.
Он выглянул за шторку и кивнул, словно подтверждая, что ехать до дворца осталось уже недолго.
- Я ошиблась, когда убежала от всех, и от тебя в том числе. Испугалась, вот и весь разговор. Прости меня, если сможешь.
- Ты готовилась к нему!
- Да, но убегала не от тебя. Не совсем от тебя, братик. Увидела, как Ресталь вцепился в сына и поняла, что он не отступит. Потом вспомнила, как ты рассказывал о тех переменах в нашей стране и как ты был горд вашими успехами. Еще и мама. Она, может, и не поддерживала никого постороннего, но и не одобрила, что я струсила. Жаль, что слухи уничтожить у нас так просто не выйдет. А малыш… Он достоин лучшей участи, чем быть объектом насмешек.