- Дело в том, что официально я долго считался женихом Элоизь Киль. Не по своему желанию. И год назад, мы с Эльзой Кенверской лишь объявили о намерении создать семью. Для общества это тоже может стать причиной осуждения. Понимаю, что это полностью моя вина, но я не предполагал, что сын получится столь легко и быстро. Не в природе драконов подобное. На первом балу прошлого сезона мы обозначили себя, как пару. Никто не знал, что мы истинные. Это моя вина, – сознался Ресталь.
- Ох, и глупости вы говорите, молодой папаша. В былые времена никто не заморачивался записями и походами в храм, если любовь истинная встречалась. И этот закон никто не отменял. В день принятия драконом пары молодая семья считалась официально созданной. Я даже помню времена, когда записывал в книгу семьи, опираясь на слова пары. Без свидетелей, родственников и помпезности. Это потом светское и наносное мешать стало. Вот и принялись все долго ухаживать, и свадьбы играть всем на зависть, кто краше и богаче сможет.
- Да. Я читал об этом, – подал голос король. – Это примерно те же времена, когда властвовал закон сильнейшего. Хорошее было время.
- Время на любителя, так как не все выживали после боев в круге истины. Гибло очень много горячих и молодых драконов. Намного больше, чем в полете к нашим соседям. Гораздо больше. Да и прав у девушек выбирать спутника жизни в то время не было.
- Везде есть как минусы, так и плюсы.
- Согласен. А с вами мы поступим так. Для всех, если меня спросят, то вы расписались в этой королевской книге именно год назад, еще до бала и официального объявления. Дальше стали готовиться к светскому приему, который и хотели назвать своей свадьбой, и значит, сын был зачат и родился в браке. Законнорожденный он, и вы чисты перед обществом с моральной точки зрения. Вы же были знакомы до принятия драконом истинной парой?
- Да. Более пяти лет общались и служили вместе в одном отряде. Мы ожидали окончания моего контракта, что бы нас не обвинили в использовании служебного положения, – ответила максимально подробно я. Но у меня оставались сомнения. – А так можно? Разве записи в книге не делаются в каждой строке? И не переносятся в основную книгу каждый месяц?
- Не из этой книги. Эта книга покидает дворец только по дозволению Его Величества. И только раз в год. Кстати, вы успели. Я еще не переносил записи, а если бы и перенес, то всегда смог сказать, что ошибся и перенес невнимательно. Возраст у меня преклонный, всякое может случиться, – хитро пожаловался на себя храмовник.
- Спасибо Вам.
- Не стоит благодарности. Вы спасли страну, я спасу вас. Хотя самой проблемы я не понимаю. Никто вам не судья, как истинным и любящим. Подобное бывает от зависти, а она большой грех, – погрозил пальцем служитель.
Добрый и умный мужчина мне нравился. Даже несмотря на его хитрость.
- Подпишите здесь, новобрачные. Как свидетель выступите Вы, Ваше Величество.
- Разве нужно не два свидетеля? – спросил Ресталь, пропуская меня вперед.
- И это все глупости. Но если вас так тревожат формальности, то вторым свидетелем буду я сам. Перед законом я не заинтересованное лицо, – указав пальцем между записей, храмовник мне улыбнулся и кивнул.
Странно, но записи тут располагались не в каждой строчке, а через три или четыре строки. Очень удобно, когда нужно вписать два имени, как в нашем случае.
- Теперь вы, муж. Да-да муж, не удивляйтесь. Для всех вы давно уже муж и жена, а с недавних пор еще и родители. Я со своей стороны уже сегодня начну рассказывать, как вы вступили в брак еще год назад. Если кто спросит или сам услышу неприятные разговоры о вас, молодые герцог и графиня,я смогу и разъяснить все глупцам, и пристыдить, если подобное потребуется.
- Оба они моим указом герцоги, впишите этот титул, пожалуйста. Кстати, какое родовое имя возьмете? Ранев продолжит Ириден, твой мелкий братец может стать герцогом Сорин, а вот фамилия Кенверских, теперь уже герцогов, а не графов, может угаснуть, – перешел на серьезный тон король Ульрос, поставив свою подпись следом за нами.
- Вот ими мы и будем, Эльзой и Ресталем Кенверскими, пусть и герцогами, – черный дракон обнял меня и счастливо выдохнул.
- Так и запишу, – кивнул храмовник, добавляя титул и родовое имя своей рукой. – Сына сейчас записывать будем?
- Да! – Первым успел высказаться Ресталь, да и я не была против. – Он родился двадцать первого числа два месяца назад.