Слишком рано он понадеялся на удачный исход. Стоило им с Дэнисом сделать шаг в коридор, как навстречу раздалось цоканье ударяющихся о линолеум каблуков. В свете единственной лампочки белоснежным призраком возникла медсестра. Она несла поднос со шприцем и ватой: очевидно, кому-то оказалось мало простого снотворного, чтобы заснуть этой ночью. Она едва не выронила свою ношу, завидев двух мужчин, замерших возле входа, а потом, грохнув поднос на пустующую стойку администрации, перевела дух.
— Черт побери, Дэн, как ты меня напугал! Что ты здесь делаешь? — Дэнис молчал и только впился в нее потерянным взглядом. К счастью, она не стала долго ждать ответа: — Разве ты не должен быть на улице, бегать со своей игрушечной пушкой? И как только на эту работу берут таких, как ты…
— Пациент сбежал, — вспомнил Дэнис свою роль, указав на Николаса. — Я вернул его обратно.
— Ой, да что ты говоришь! — отмахнулась она от слов паренька, как от назойливой мухи, бросив на их парочку быстрый оценивающий взгляд, и сделала вид, что увлечена журналом с расписанием дежурств. — Надеюсь, ты в курсе, что когда-нибудь Нил прикончит тебя за твои шашни? Мало того, что не на посту, так еще и лезешь к пациентам, развратник.
— Я отведу его в палату, — Дэнис невозмутимо двинулся по коридору, подхватив Николаса под локоть.
— Смотри-ка, совсем совесть потерял, — тарахтела медсестра, параллельно записывая что-то в журнал. — Твое счастье, что камера в коридоре накрылась, а то Нил точно занялся бы тобой. Еще сделает своей лабораторной крысой. Для тебя, наверное, не новость, что он считает гомосексуализм психическим отклонением. А все, что психическое отклонение, его возбуждает. Фу, совсем я тут с вами! Ладно, я тебя не сдам, но смотрите, не шумите сильно.
Охранник не сказал ни слова, потянул Николаса за собой. Вороной депос машинально попытался высвободить свой локоть из хватки Дэниса. Вот тебе и “морковная гривка” и “слишком невинный видок”. Оказалось, это еще не все сюрпризы от его заложника. Они спокойно минули половину коридора, когда их вдруг нагнала медсестра. Она перегородила им путь:
— Один вопрос! Вот, вы двое, можете мне объяснить, почему все красивые мужики или козлы, или геи? Ну не сучка ли ты, Дэн? Самого симпатичного увел. Мы с девками столько ему вслед смотрели…
— Дай, пожалуйста, пройти. Сколько раз говорить: он — беглый пациент. Я просто хочу вернуть его обратно в палату.
Медсестра готовилась осыпать его едкими фразами, видимо, ей было больше нечего делать сегодняшней ночью. Как вдруг, открыв рот, она замерла, уставившись на Дэниса:
— Ты сказал мне “пожалуйста”? С чего это стал таким вежливым? − удивленно воскликнула медсестра. — Да тебя всего трясет! Ты что, заболел?
— Нет, просто замерз, — Дэнис врал неумело, загнул назад уши, как провинившийся ребенок, и испуганно посмотрел на Николаса. Этого как раз делать не стоило. Взгляд медсестры тут же переместился на вороного депоса. Кончики ее ушей были чуть выше его плеча. Нависнув над ней скалой, он выглядел по меньшей мере устрашающе.
— Это не тот ли пациент, о котором несколько дней назад предупреждал Нил…
Кажется, медсестра заметила руку в кармане, в которой вороной депос сжимал пистолет, она метнула быстрый взгляд на Дэниса и сделала шаг назад. В ее глазах читался знакомый ужас. Пятяcь, медсестра задела поднос на стойке, опрокинув его на пол с немыслимым грохотом. А потом она уже неслась, едва не падая на каблуках, и исчезла за дверью дежурки. Оттуда донесся ее взволнованный голос, к которому присоединились крики разбуженных посреди ночи санитаров. Николас невольно перевел взгляд туда, куда она пялилась несколько секунд назад — на штаны Дэниса. В паху, заметное даже в тусклом свете коридорной лампы, расползлось мокрое пятно.
В своем воображении Николас продумал план до мельчайших деталей: как они с охранником вернутся в здание клиники, что будут говорить, если к ним пристанут с расспросами санитары, как откроют центральные ворота, после чего сбегут через пожарную дверь. Николасу пришлось бы тащить паренька с собой, если потребуется − под дулом пистолета, чтобы никто не отрезал им путь, пока они будут бежать через парк до машины. Может, ему не придётся везти своего заложника до Одары, Николас высадит его где-нибудь неподалеку от клиники, в ближайшее время попытается связаться с ним, вернуть машину. А если быть совсем наивным — каким-то чудом, после того как возвратится на службу, отблагодарит за содействие. Нет, Николас в любом случае хотел бы его поблагодарить. Ведь в этой сказке Дэнис своим появлением спас ему жизнь… Кто же знал, что в реальности этот блистательный план будет испорчен впечатлительным педиком, напрудившим в штаны. Дэнис сжался под взглядом Николаса, нос и кончики ушей паренька вспыхнули краской.