- Да вот, к соседке Ленкиной приехал, да старая карга их и свела.
- Вот тварь! - Рявкнул взбешенный Гришка. - Ее муженёк мне в прошлый раз чуть руку не сломал, ну я Ленчику покажу, где раки зимуют, потаскушка, спуталасб с каким-то гадом иностранным, а меня по боку значит! Я твой должник Ксюха.
- Добро, Гришаня. - Оксана мрачно улыбнулась, постукивая телефоном по ладошке, потом тронулась в сторону Орбиты.
****
Снег кружился в воздухе, искрясь в лучах солнца. На окраине сада, за аккуратным забором из профлиста, раскинулся двор одноэтажного кирпичного дома, в котором жила Фёкла Евгениевна и Аркадий Александрович. Дом сиял свежей кладкой, которую они обновили этим летом, и выглядел уютно, несмотря на зимнюю стужу. В окнах уже во всю было видно новогодние украшения. Искуственные свечи-фонарики, снежинки на стекле, весёлые наклейки.
Вокруг дома, словно стражи в белых мантиях, стояли ели, полностью укутанные пушистым снегом. Яблони и груши в своих снежных шубках. Их тяжёлые ветви слегка прогибались под снежной ношей, создавая ощущение сказочного леса прямо у порога.
Но главное чудо ждало детей чуть дальше — за двором, на берегу крутого утёса. Там, среди кривоватых сосен, которые будто склонились в молчаливом созерцании природы и реки, что текла извилистой лентой, возвышалась снежная крепость.
Она была построена с явной заботой и мастерством: массивные стены из утрамбованного снега поднимались на высоту, достаточную, чтобы дети чувствовали себя настоящими защитниками замка;
по углам располагались небольшие башни с зубчатыми верхушками, придававшие сооружению сказочный вид; узкий вход, вырубленный в толще снега, манил заглянуть внутрь и исследовать тайные ходы; на верхней площадке крепости виднелись «бойницы» — аккуратные отверстия, через которые можно было «обстреливать» противников снежками. Акркадий Александрович очень потарался, думала Лена осматривая все это великолепие. Она даже позавидовала, что Аркадий Александрович, хоть и не родной дед Славке, но он очень любит его, это видно. Он вообще любит детей и они с Фёклой Евгениевной очень скучают за внуками.
Лена вновь огляделась.
Солнце играло на белоснежных гранях крепости, придавая ей почти хрустальный блеск, Аркадий Александрович наверняка облил её водой. Очень умно! А вокруг, как естественная декорация, стояли старые сосны с искривлёнными стволами, их тёмные ветви контрастировали с ослепительной белизной снега. Казалось, сама природа охраняла это детское царство, где каждый мог почувствовать себя отважным рыцарем или мудрым правителем снежного королевства.
Но надолго этой умиротворённой картины не хватило, ее атаковали!
Саша и Слава, раскрасневшиеся от веселья, вовсю атаковали «взрослую команду» - Лену и Давида. Снежки летели со всех сторон: мальчишки действовали слаженно, заходя с флангов, а взрослые пытались организовать оборону.
- Сдавайтесь, против нас не устоять! - кричал Слава, ловко скатывая очередной снаряд.
- Это мы ещё посмотрим! - смеясь, отвечала Лена, прячась за снежной крепостью.
Давид, пригнувшись, слепил идеальный снежок и метко запустил его в Славу. Тот увернулся, но не заметил, как Саша подкрался сзади и «разорвал» снежную бомбу прямо у него над головой. Все захохотали, а Слава, отряхнувшись, воскликнул:
- Предатель! Ты же мой друг!
- Война - дело коварное! - парировал Саша, сияя от радости.- Выживает сильнейший! А сильнейший здесь, дядя Давид. - Весело засмеялся он, подавая руку другу, который тут же за нее ухватился и с веселым смехом поднялся.
Лена, наблюдая за сыном, чувствовала, как сердце наполняется теплом. Уже давно она не видела его таким живым, таким по‑настоящему счастливым. И он, с каждым днем, все лучше и лучше говорит. В его глазах больше не было той настороженной тени, которая появлялась всякий раз, когда речь шла о прошлом. Давид, казалось, обладал удивительной способностью растопить лёд — он шутил, подбадривал, включался в игру с таким азартом, что даже Лена порой забывала, что он для них почти чужой человек. Он катал Сашку на плечах, чего ни разу не делеал Григорий. Крутил мальчишек на руках, словно был вертолётом, а они его лопастями. Им было весело так, как никогда раньше.
«Только бы Гриша не приехал», - мысленно взмолилась она. Воспоминания о бывших побоях, о криках, о том, как Саша прятался под столом, но так и не заплакал ни разу. От этого все сжимались в груди тяжёлым комком. Если Гриша появится, всё вернётся: замкнутость сына, страх, бессонные ночи. Лена не знала, хватит ли у неё сил снова пройти через это.