Выбрать главу

Кейн неопределенно хмыкнул и направился к танцующим. Хотя не прошло и часа, с тех пор как Терри познакомилась с Кейном Найтоном, она не сомневалась: он не из тех, кого женщины забывают. И дело не только в его самоуверенности. Самоуверенных мужчин Терри встречала и раньше. Взять хотя бы ее бывшего мужа. Интуиция подсказывала: самоуверенность Кейна иного рода и происходит не от толщины кошелька, а от внутренних достоинств.

Глядя, как встрепенулась при виде Кейна рыжеволосая красотка, Терри сказала себе: в ее жизни есть место лишь для одного-единственного мужчины. И этот мужчина — ее сын Фред. Зря она притащилась на вечер встречи! Будь у нее в школе настоящие друзья, тогда другое дело, а так... Ведь она всегда была жуткой недотепой и излюбленной мишенью для всеобщих шуток и розыгрышей!

— Терри Торхаут? Черт меня побери! Неужели это ты?! — вывел ее из задумчивости чей-то приветливый голос.

Она обернулась и распахнула глаза.

— Генри? Генри Старк!

— Смотри-ка, не забыла!

— Еще бы я тебя забыла! Ведь ты единственный во всем классе хорошо относился к Терри Торхаут! А это считалось чуть ли не дурным тоном. Генри, ну как ты? Рассказывай!

Обняв Терри за плечи, Генри увлек ее в сторонку и, окинув пристальным взглядом, сказал, не скрывая удивления:

— Ну и ну! — Покосился на кольцо у нее на левой руке и явно из желания польстить добавил: — Вот дурак! Занял бы вовремя очередь, был бы первым!

Это недорогое кольцо — Терри звала его кольцом свободы — она купила себе после развода сама. То, что подарил Джон — жутко дорогое, с бриллиантом в три карата, — припрятала для Фреда. А ходить без кольца на безымянном пальце левой руки после десяти лет замужества было как-то неуютно.

Они поболтали о том о сем, а потом, заливаясь смехом, принялись выискивать в толпе знакомые лица. Вон та, в сиреневом, со сладенькой улыбочкой, вроде бы была у них старостой класса? А этот, с лысиной и пузом, неужто красавчик Пит? Терри узнала его лишь по бакам, которые были в моде в годы их юности.

— Послушай, а ведь Пит Стоун вроде бы был лучшим защитником школьной команды по футболу, да?

— Было дело. А теперь, говорят, у него своя автомастерская.

— В восьмом классе я была от него без ума, — призналась Терри.

— А я от Дороти. — Дороти была у них старостой. — Помнишь, как-то раз в столовой я споткнулся и уронил сосиску с томатным соусом прямо ей на колени?

Терри засмеялась, и Генри, не дав ей опомниться, вытащил ее на танцевальную площадку. Еще в школе он вымахал под два метра и, не будь он лучшим баскетболистом, наверняка стал бы таким же объектом насмешек, как и Терри.

Ну а танцор Генри неважнецкий! — думала она, путаясь в собственных ногах и стараясь следовать неловким движениям партнера. Зато все такой же добряк, как и прежде...

Прислонясь к стене, Кейн потягивал сельтерскую и наблюдал за хохочущей парочкой, неуклюже топчущейся на танцевальной площадке. Нет, Терри не скромничала: танцы ей и впрямь не даются. Хотя в паре с таким долговязым оплошает и профессионал...

От смеха лицо у нее оживилось, волосы выбились из прически и рассыпались по плечам. Щеки горят румянцем, глаза возбужденно блестят... Танцует она хреново, но без партнера долго не останется.

Кейн отдал стакан пробегавшему мимо официанту и вышел из зала. Ну что, вечер потерян. Кое-кого из одноклассников он узнал, но, когда представился как Кейн Найтон, они таращились на него во все глаза, а вдаваться в объяснения, почему он изменил имя, не входило в его планы. Ну и какого черта он здесь делает?

Конечно, есть еще рыжекудрая Марджи Дэвидсон... Дважды сходила замуж и обратно и, похоже, не прочь попытать счастья в третий раз. Она сразу узнала его, вспомнила, как его раньше звали, и весьма недвусмысленно дала понять, что готова возобновить обоюдоприятные отношения. Если память ему не изменяет, все началось на одной вечеринке на крутой загородной вилле, ну а если быть до конца точным — в домашнем бассейне... И вся честная компания была в костюмах Адама и Евы.

3

Кэсси спала в комнате для гостей, Фред сопел в своей кроватке, над верхней губой белели усы из зубной пасты. Терри повесила платье в шкаф, надела пижаму и достала с антресолей коробку из-под телевизора, которую так и не успела распаковать, с тех пор как после развода перебралась в старый родительский дом.

Одежда для беременных ей больше точно не понадобится. А вот и китайская ваза, доставшаяся по наследству от бабушки. При разводе Джон — исключительно из желания ее унизить — возжелал заграбастать еще и вазу, но Терри уперлась и отстояла-таки фамильное наследство. Маленькая, но победа!