Очередная печенюшка была нещадно погрызена, и девушка усиленно пережёвывала, представив, как расстроится отец. Он и так переживал из-за неприятного инцидента в её прошлом, когда он не доглядел за своим лучшим другом, а тот, воспользовавшись отсутствием родителей, чуть не изнасиловал Фанни. Эту историю в семье пытались не вспоминать, но неприятный осадок тяготил, ухудшив отношения и отдаляя девушку от родителей с каждым годом всё дальше.
Обняв подушку, Фанни решила не думать о грустном и надвигающихся неприятностях. Она была уверена, что как только мама увидит животик, так сразу и растает. И, возможно, поможет отыскать отца ребёнка, главное, чтобы тот принял её. Но даже если Фанни была для Таюши лишь развлечением, то пусть. Она воспитает своего ребёнка и сама. Она верила, что справится. Но всё же надеялась, что сказка на Новомане не была лишь интрижкой для манаукца. Не верилось девушке, что можно так играть, так ухаживать ради двух ночей.
Но что это были за ночи! Фанни до сих пор благодарила Бога, что тот ниспослал ей такого спасителя, когда она заблудилась в лесу. Отошла, называется, за кустики, а вернулась — никого и нет. Куда идти, где искать группу? Девушка проблуждала около часа, прежде чем на её пути встал огромный манаукец, экипированный как турист, с огромным рюкзаком за спиной. Он, не говоря ни слова, выслушал сбивчивую речь Фанни и помог ей отыскать свою группу. Поблагодарив мужчину, девушка, как и другие женщины, сильно удивилась, так как он не уходил, а молчаливо следовал за ними до самого горного городка, где была забронирована гостиница. Увы, гид, землянка, как все в женской группе туристов, не знал манаукского, но пыталась заговорить с незнакомцем, просив его не смущать дам. Лишь охранники гостиницы помогли понять, что тот желал удостовериться в безопасности Фанни. Под завистливые вздохи товарок по группе он вызвался стать её персональным телохранителем, что не могло не покорить женское сердце. Девушка чувствовала себя очень важной персоной, ей льстила такая забота незнакомца, который был на голову выше и крупнее охранников. Он молчаливой тенью ходил за Фанни целый день, а вечером пригласил на танцы. Ночью украл в лес, где разбил небольшой лагерь и угощал девушку самым вкусным ужином, который она пробовала в жизни. Затем отвёл её в гостиницу, где она провела бессонную ночь, предавшись фантазиям и тихой радости. Она не вспомнила о своём разбитом сердце, ведь оно трепетало!
А когда и на следующий день таинственный манаукец продолжил путешествовать с землянами, девушка решилась. Точнее, она случайно споткнулась, а потом как-то всё само собой получилось: и поцелуй, и крепкие объятия, и привал у реки, и вкусный обед, а после самая страстная и жаркая ночь под звёздами.
Фанни понимала, что вела себя сверхнеприлично, отдавшись мужчине на вторые сутки знакомства, но просто не могла удержаться! Да и на следующий день сюрпризы не прекращались, и девушке показали город, сводили в шикарный ресторан, а затем дорогостоящие апартаменты и вновь бурный секс.
А наутро Фанни вынуждена была сбежать, чтобы присоединиться к группе и улететь домой. Она украла себе на память футболку манаукца, в которой теперь ходила по дому, не пожелав забывать о самом восхитительном мужчине, чьего ребёнка она ждала.
В дверь позвонили, оторвав девушку от созерцания страстного поцелуя главного героя и его любовницы. А ведь у манаукца могла быть жена, или он уже нашёл себе другую туристку, как и говорили ей на борту звездолёта пожилые женщины, у которых жизненного опыта побольше её.
Погрузившись в тягостные мысли, Фанни включила экран домофона и обомлела. Тот, о ком были все её мысли, стоял за дверью!
Сердце сбилось с ритма, а руки вспотели от волнения. Девушка нажала кнопку, чтобы открыть двери, а затем разрыдалась, упав в раскрытые объятия великана из леса.
— Таюши!
— Фанни!
— Таюши!
— Фанни!
Светлана Игоревна не выдержала, всхлипнула и уткнулась в грудь Амрита, чтобы не терзать своё сердце трогательной сценой долгожданной встречи, и слушала, как звали друг друга влюблённые на пороге жилблока, не двинувшись с места.
— Фанни!
— Таюши!
Через минуту госпожа Богомолова успокоилась, и уже не так радостно поглядывала на парочку из крепких объятий жениха.
— Они еще долго? Ничего кроме имени сказать не могут?