— Да-да, непременно, ши Энтос, — закивал Ларей. Ши Короц всё еще пребывал в лёгком шоке от того, что Феликс запер у себя в жилблоке землянку.
— Но только утром, — спохватился Феликс, вспомнив обнажённую любимую на смятых простынях. — Она сейчас, наверное, спит.
— Офицер, вы должны представить рапорт начальству о том, что подозреваемый насильно удерживает женщину. Это недопустимо.
— Да, я обязательно составлю рапорт, — не стал спорить Ларей с альбиносами, поскольку сам ещё не знал как реагировать. Начальству точно требовалось доложить и срочно.
— Пригляди за ней, друг, — на прощание бросил Феликс, увидев в глазах Ларея осуждение.
Но больше альбиносу не на кого было положиться, а Виола могла себе такое напридумывать и сделать опять неправильные выводы. Остановить её будет уже некому. Вся надежда на Ларея и его совесть.
Виола
Я много раз читала о том, что после шикарного секса прибавлялись силы, и энергии хоть отбавляй. Я чувствовала себя аккумулятором, который зарядили под завязку, и энергия во мне бурлила, требовала выхода. Наверное поэтому я осилила большой кусок текста, переполненный страстного секса. Все свои ощущения я выплеснула на благодатный белый лист нанототопа. Мне нравилось то, как бурно развивались отношения Макса и Доминики. И дело близилось к концу, осталось лишь уточнить у Феликса, что он хотел бы увидеть в эпилоге. Плеснув себе в кружку горячий кофе, я примостилась на диван, включила визор, чтобы в коем-то веке посмотреть, что творилось во Вселенной. Я настолько увлеклась своими переживаниями и любовью, что о других забыла. Без галанета жить туго, но зато новости мне рассказала идеальной красоты унжирка, диктор центрального канала ССР. Ничего, собственно, и не поменялось во внешнем мире за пределами стен жилблока Феликса, всё внимание общественности по-прежнему было уделено набирающему обороты проекту «Галактический патруль». Я где-то читала, что капитаном суперсовременного звездолёта может стать землянка, и болела за неё в знак женской солидарности. Жаль, имена и личные данные кандидатов не разглашались до конца обучения.
Включив музыкальный канал, я решила принять ванну с чувством, с толком, с расстановкой, а то с Феликсом ни маску не нанести, ни понежиться в воде. А я должна теперь следить за своей внешностью. Ведь у меня есть мой Ангел, для которого я хотела быть самой красивой и желанной.
Входной звонок застал меня в тот момент, когда я рылась в шкафу в поисках нормального махрового полотенца, так как от частого пользования сушилкой кожа портилась. Бросив взгляд на экран коммуникатора, я сильно удивилась. Феликс обещал вернуться часам к десяти, а сейчас только восемь утра. Я думала, что успею принять ванную.
Подошла к двери и вдруг испугалась. Феликс бы не звонил. Что сказать, если это к нему? Странная робость, овладев мной, разозлила. Чего, собственно, я боялась? Мы же с Феликсом любили друг друга, поэтому решительно нажала кнопку ответа. Невеста я ему или кто?
— Да? — спросила у незнакомого манаукца. Молодой, брюнет, не сказать что красивый, я бы даже сказала, типичный, ничем не примечательный.
— Госпожа Эйлонская, я друг ши Энтоса, можно я войду?
— Нет, нельзя.
Вот не люблю, когда так начинали разговор. Я друг, можно войду. Откуда мне знать — друг или нет, на лбу такое не писали. Да и разговаривать с незнакомцем через запертую дверь было спокойнее.
— Я знаю, что ши Энтос вас запер. Он попросил вас освободить. Госпожа Эйлонская, ши Энтос насильно удерживает вас?
— Не поняла, — растерялась я, пропустив мимо ушей вопрос манаукца. — Феликс прислал вас открыть дверь? А где он сам, позвольте узнать?
Мужчина посмотрел по сторонам. За его спиной ходили люди, спешащие на работу. Манаукец стал нажимать кнопки на замке, и вскоре дверь плавно отъехала в сторону с неприятным предательским звуком. Вот кто её просил впускать незнакомца в жилблок? Теперь стояла перед другом Феликса и чувствовала себя жутко неуютно. Он, как и Феликс, предпочитал деловой стиль в одежде, а я в серебристом домашнем наряде, так как кроме него здесь у меня пока ничего не было. Но Феликс говорил, что мы обязательно займёмся покупками. Вот только что-то подсказывало мне, что не бывать этому. Я испуганно смотрела на мужчину и боялась. И дело было не в самом манаукце, он опасений не вызывал, а вот причина, по которой он прибыл и сам открыл дверь, код которой был сменён не так давно, по заверениям Феликса, настораживала.