- Хм, тогда странно, что Халиска так задирала нос, её отец не дотягивает до значимого и имеющего вес.
- Ну, тут с какой стороны посмотреть. Её отец очень удачно обменял две деревни на капитал, который вложил в экспедицию на Затуманенные острова. Оттуда он привез несколько рулонов тончайшего муслина, произведя фурор среди столичных модниц. За невесомую, легчайшую материю платили алмазами, купец, которого нанял Бранд аль Ситтер, чтобы тот представлял его интересы, до последнего не верил в то, что ему так невероятно повезло.
- Это тебе Халиска рассказала?
- Нет, самому пришлось информацию искать. Её мать была единственной дочерью потомственного дворянина, префекта одной из самых протяженных префектур. Те края славятся большими расстояниями, жестокими зимами, рыбаками и охотниками за пушниной.
- Он не прогадал, я так думаю.
- Это точно! За единственную дочку префект дал хорошее приданное, супруги вложили эти деньги в несколько кораблей, и монополию на торговлю муслином они завоевали так быстро, что никто и мигнуть не успел. Но ребенок, которого долго и настойчиво вымаливала жена Бранда, родился слабеньким и женского полу.
- Она сильно тебя достала? – неожиданно для самой себя, я перебила неспешный рассказ фамильяра.
За разрушенными стенами храма шел моросящий дождь, и мы сидели, пережидая ненастье. Для возвращения к месту практики нам нужно было закончить еще одно дело, кроме того, которым Халиска занималась вне необходимого плана.
На распределении мест, для фамильяров, не связанных в пары, - выплыла информация о моей неприглядной связи. И это был позор.
Верон вздохнул и покосился на то, как я прикончила вторую плеть вьющегося растения в качестве завтрака. Очень даже неплохого на вкус. Я его в качестве Антистресса с полуразрушенной стены стянула, лопая пупырышки, которыми стебель был усеян достаточно плотно. А на зуб совершенно случайно попробовала, когда брызги этого сока на губы попали. Уж слишком свежо и аппетитно он пах.
- Будешь? – я протянула в его сторону кусок длиной сантиметров тридцать, - он сладкий, сочный, и хрустит.
- Нет, - передернул плечами Верон, - я завтракал, перед тем как вернулся. И вообще-то это ядовитая лиана Вертлявая Эльза. Вызывает неконтролируемые движения, тремор ног и рук и частичное обездвиживание на время от двух часов до суток.
- Чтоб у тебя язык отсох, - вырвалось из меня, когда я отбросила от себя остатки завтрака. Это что же он не сказал об этом, чтобы таки избавиться от нашей связи?
- Ты бы попридержала свой язык, - парень сделал какой-то замысловатый пас рукой, когда я в него запулила спонтанное пожелание, - здесь всё же храм.
- А кто её, точнее меня, точнее почему я такая?
- Куратор отследил нить связи, мы приехали к вам в Академию, и декан согласился направить нас в паре в отдаленную локацию.
- Ага, с глаз долой из сердца вон.
- Чтоб населению глаза не мозолили. И наша связь должна была стабилизироваться и уплотниться.
- А почему ты в платье? – этот вопрос не давал мне возможности концентрироваться на рассказе парня, и отвлекал от размышлений раз за разом.
- Фамильяры девочки достаются девочкам.
- А мальчики – мальчикам? – хихикнула я непроизвольно, и покосилась на остатки лианы.
- Н-нет, - споткнулся на ответе фамильяр. – Ну, ты понимаешь, девочкам в полном понимании этого слова.
- А! – я похлопала веками, одновременно размышляя над тем, что у меня, скорее всего даже ресниц нету, чтоб ними хлопать и взлетать. – О! Ты имеешь в виду девственность?
Верон покивал, рассматривая меня, как экзотическое животное, - ты что, не девственница?
- Э, - я поковырялась указательным пальцем в противоположной ладони, - как бы то я не разбираюсь в физиологии этого тела, но судя по твоему платью, Халиска была девственницей?
- Первый курс боевиков в том году был весь мужской.
- Ага, и что?
- Халиска обратилась к богине, прося у той сильного фамильяра.
- И? Дали тебя?
- Я не знаю, как эта гадина дозвалась в тумане сновидений до меня! А мы репетировали театральную постановку! – Верон обиженно засопел, - у меня на третьем курсе должна была быть специализация – сыскное и детективное дело.
- Дела! – я дожевала остатки лианы, застрявшей между челюстями, - то есть ты был девушкой в этой постановке?
- В какой-то мере.
Мне сложно было представить, в какой мере он был девушкой, почему прикорнул посреди репетиции, и как Халиска выудила его розовую пачку, при попустительстве богини Сирены.
- А Сирена поёт? – невпопад спросила я, и глаз у Верона дернулся.
- Где поёт?
Я вкратце поведала легенды про наших сирен, и вновь переспросила о собственной трансформации.
- Это тебя Горгуна Полуночница прокляла.
- Да ты что, - сглотнув погустевшую слюну, я представила и Горгону, и полуночницу, - а за что?
- Так у нас было задание, подоить тридцать три курофы.
- Тридцать три коровы на стакан парного молока? – ну не могла я сдержаться, это на меня наверное так откат подействовал. Всё злило и требовало скорейшего разложения по полочкам и страничкам. А из этого недо фамильяра информацию, как из той курофы приходиться доить.
- Ну, стакан это было бы автоматическим зачитыванием практики.
- Так, подытожим, значит я, точнее Халиска, призвала тебя, когда ты был в женском наряде в качестве сильного фамильяра. Учитывая ее уровень дара, или магии, я правильно говорю? – мне кивнули, и я продолжила. – Учитывая, что того кот наплакал, с какого-то дива она уволокла третьекурсника, мужчину, девственника?
Верон покраснел и засопел, зло сверка покрасневшим взглядом.
- Не ссы, я никому не скажу, но, это просто, потому как Халиска, если и обошла какие-то условности, то этот аспект физиологии проконтролировала богиня. Призвать то она призвала, а вот дальше. Ты, по ходу, к третьему курсу уже научился ставить блоки призывающему хозяину, да и уровень её дара! Даже не знаю, странно всё.
Я пожевала челюстями, поморщилась внутренне, ситуация была не ахти. Синяя белочка – это синяя белочка. Гадина Халиска – это потенциальная карьеристка со склочным характером.
- Так что там с курофами?
- Они разлетелись.
- Даже страшно представить, какие они на вид – латающие курофы.
- Чернокнижные животные. Горгуна Полуночница, когда это увидела, то прокляла тебя трансформационным проклятием обратимого действия.
- Это как?
- При выполнении определенных условий снимается без последствий.
- И они что, невыполнимы? Или какого вы в этот храм поперлись?
- Халиска сказала, что в гробу видела её куроф, ловить их не собирается, а и так снимет наложенное проклятие. Вот и пришла спрашивать у специалиста по нестандартным способам снятия любых заклятий.
Я уже несколько мгновений всматривалась в полустертый кукиш, нарисованный над входной аркой, и размышляла над тем, что мне перед тем, как я сюда попала, тоже не совсем стандартный сон снился.
- Ну, в моем мире я знаю только один нестандартный способ отмены трансформационного проклятия.
- Это какой? – оживился фамильяр, а я покосилась на него с грустью.
- У нас Иван-царевич должен был поцеловать Царевну-лягушку, расколдовав её таким образом.
Я быстро нарисовала на пыли пола краткую трактовку бессмертной сказки, и Верон выпучил глаза, когда понял, кого нужно было целовать.
- Я тебя целовать не буду – сорвавшись на фальцет, замахал на меня руками.
- Да нет, я тебе и не предлагаю! Там определенный склад ума нужен. Вот думаю, каким образом мне за мужиками вашими бегать и просить, - ну поцелуй меня! Ну, поцелуй!
Верон замер, открыв на меня рот, а со стороны входа гаркнули, - я кому запретил даже думать о поцелуях? Вы что, с первого раза не поняли?