Ещё при нашей первой встрече я заметила необычные глаза Мирраэль. Они различались между собой: правый глаз был тускло-серым, а левый полностью чёрным, словно бездонная пропасть. Лицом она мало отличалась от Ранхеля, за исключением тёплой улыбки. Обоих объединяли тёмные, кудрявые волосы и благородные острые черты лица. Вероятно, от матери Мирраэль и унаследовала худощавое телосложение и невысокий рост.
– Благодарю, мой друг их сделал для меня.
– Твой друг очень заботлив. В городе сложно найти шерстяную ткань, а тёплые перчатки и подавно, – сказала она, не отрывая взгляда от холста.
***
Приближалась полночь. Завершив подготовку всего необходимого для сна Мирраэль, я вышла из комнаты. Прошёл уже месяц с моего прибытия в проклятые земли, и я успела адаптироваться к холоду и к открытой манере общения.
Я спустилась по широкой, гладко отшлифованной лестнице с узорами в виде кристаллов. Проходя через главный зал, я заметила Валери, беседующую с несколькими слугами. Заметив меня она завершила разговор и поспешила ко мне.
– Марша, деточка как тебе живется? Привыкла уже? – задала вопрос Валери похлопав меня по спине.
Её на первый взгляд лёгкое похлопывание было не таким уж и лёгким. В первый раз я даже отскочила, думая, что она пытается меня избить. Однако оказалось, что это было её привычное поведение, своего рода проявление заботы, как объяснила Эдвена.
– Благодарю, все хорошо, – коротко ответила я.
– Ты виделась с Люцием? Он просил тебя к нему заглянуть, как будет время, – сказала неожиданно Валери.
– К чему это? – спросила резко я, не ожидая того, что Люций, оскорбивший меня несколько раз, захочет меня видеть.
– Чего ты так? – похлопала меня еще сильнее по спине Валери. – Он не такой противный, как ты думаешь. Хотел, кажется, тебе что-то показать в своей мастерской при дворе.
– Зел снова покинул стены города Лиц? – перевела я тему, не желая отвечать согласием. – В последние дни я не видела его во дворе. Возможно он снова отправился в пограничный лес.
– Вроде не покидал. Ах! Как я могла забыть! – воскликнула она, ударив себя по лбу. – Он пришел вчера к нам домой, весь изможденный и в к-крови, кажется, на него напали мерфоны за стенами города. Он в тяжелом.. в тяжелом состоянии.., – рассказала Валери, взявшись за виски.
– Что? О чём вы? Где он?! – спросила я, неосознанно схватив её за руки.
Она ничего не отвечала, лишь вертела головой то вправо, то влево. Когда я успокоилась и отошла назад, Валери громко рассмеялась. Я взглянула на неё. Казалось, что вот-вот и она свалится от сильного смеха. Я несколько раз моргнула, чтобы убедиться, что мне не показалось. В итоге я поняла, проклятая подшутила надо мной.
— С ним все в порядке, не волнуйся, – сказала она сквозь смех. – Наша холодная деточка, так волнуется за жизнь Зела.
— Волнуюсь? Я? – спросила я, скрипя зубами, всё ещё не оправившись от её шутки.
— А если это не беспокойство, то что? – спросила Валери, прокашлявшись после сильного смеха. – Ты не видела своего лица в тот момент, – добавила она.
– Кажется, мне пора, уже поздно, – сказала я и поспешила прочь, дабы более не слышать от неё дальнейших замечаний на этот счёт.
– С Зелом всё хорошо! В свои выходные он рассказывает истории детям! Очень красивые! Послушай как-нибудь! – крикнула она мне вслед.
Зачем о таком кричать в такое позднее время? Привлекая ненужное внимание?
Вернувшись в пристройку, я незамедлительно согрела воду и приняла ванну. После того, как я начала работать служанкой Мирраэль, стала принимать ванну ночью, а не утром. Я нежилась в горячей воде, периодически погружаясь с головой. Вода успокоила меня, возможно, здесь сыграла свою роль ливррийская кровь. Валери разозлила меня своей неуместной шуткой. Так сказать, выбила почву из-под ног. Похоже, провожу время слишком беззаботно, ведь всё должно быть иначе. Я ожидала бесконечную череду битв и голодных дней, но всё оказалось не так сурово, как я думала. Более того, это затянулось.