– Там, на площади, в конце выступления, ты улыбалась столь тепло и нежно, тогда я увидел твою улыбку в первый раз, а сейчас уже во второй, – добавил он, улыбаясь.
Я тяжело вздохнула.
– Что в моей улыбке такого особенного? – сказала я предвзято, вытирая руки носовым платком. Зел не торопился с ответом. Пальцы его руки ласково проходили по цветам, распустившимся недалеко от него. Его прикосновения были легкими, словно он играл с каждым лепестком, а затем он остановился на небольшом, но тем не менее самом ярком из них , еще светящемся серебряно-голубым.
– Честно говоря, я и сам не знаю. Может быть, потому что ты мне нравишься, – сказал он, протягивая мне светло - голубой цветок.
Между нами возникла неловкая тишина.
"Я ему нравлюсь? Что за нелепица?" – фыркнула я.
Однако его слова не прошли мимо моих ушей. Я отчетливо их слышала. Тело почему-то отреагировало на это. Внезапно щеки покрылись краской, а дыхание сбилось. Я молча приняла цветок, подавляя глупую взволнованность, вспыхнувшее в груди.
Глава 17
В пристройку я вернулась поздней ночью. Зел проводил меня и ушел в сторону лечебницы, где у него была собственная комната.
Я проспала около двух часов, если не меньше. Эдвена говорила, что повозка до источника проклятой энергии отправляется рано утром, еще до рассвета, посему нам нужно было успеть к этому времени оказаться на краю города, у границ двора Блуда.
Не успев принять ванну ночью, все же освежилась и надела новый комплект теплой одежды, который купила вчера. Длинные волосы заплела в косу. Ко всему прочему, не забыла о сиреневых перчатках и шерстяном шарфе, которые дал мне Зел.
***
До места назначения мы добирались пешком и чуть не опоздали.
Когда подошли к зеленому мраморному фонтану, нас встретил невысокий, морщинистый мужчина с серовато-смуглой кожей. У него были характерные для проклятых темные волосы. Несмотря на свой возраст, он не имел ни одного признака седины. Уже не молодые и даже пожилые проклятые всегда оставались с черными, как смоль, волосами. Мужчина ожидал нас рядом с повозкой, запряженной странными тварями, называемыми лифинами. Оказалось, что он был давним знакомым Эдвены. Ее отец и он были друзьями и часто проводили время вместе в одной из местных пивных.
Дядя Эрик, так называла его Эдвена, был уже стар. Несмотря на то, что ему в этом году исполнилось всего триста девяносто два года, по меркам проклятых он должен был выглядеть как мужчина сорока лет. Но из-за слабой проклятой энергии он старел быстрее, чем многие проклятые. Сам он совершенно не беспокоился об этом и относился ко всему с юмором. На самом деле дядя Эрик работал перевозчиком сырья в двор Блуда и вовсе не возницей и тем более не проводником. По просьбе Эдвены он согласился оставить нас у источника, а после завершения своих дел забрать нас на пути во двор Лицемерия.
Как только мы вышли за пределы города Лиц, лифины немедленно начали подниматься в воздухе, оставляя за собой нити проклятой энергии при помощи которых наша повозка и взлетела. Необъяснимые чувства охватили меня, словно сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а голова казалась готова взорваться от резкого давления воздуха. Однако эти ощущения длились недолго. Когда мы поднялись выше все неприятные ощущения исчезли. Меня окутала легкость, сопровождаемая уже привычным холодным ветерком, щекочущим лицо и шею. Удивление овладело мной, когда с высоты открылся совершенно иной мир. Все казалось крошечным — будто деревни, поселения и леса, простирающиеся вдали, могли уместиться у меня на ладони. Отсюда я могла рассмотреть каждый холмик, каждое существо, населявшее владения двора Лицемерия. Даже очертания владения двора Блуда были различимы. Крыши и стены деревень, а также городов были лишь в оттенках красного и желтого.
Только дважды мы встретили священных птиц Господа Света. Они летели, наблюдая за проклятыми землями. Эрику и Эдвене они не казались чем-то особенным, но мне было приятно видеть птиц — что-то знакомое из моих земель. Но к радости добавилось ещё одно чувство – тяжесть вины.
Мы летели несколько часов без остановок, пока не приземлились на травяную пустую поверхность. Дядя Эрик пояснил, что ближе он не может остановиться, так как ветер сверху сильнее, и лифина может затянуть внутрь источника, и нас вместе с ним. Столп излучал поток серебряной проклятой энергии, взмывающей вверх. От него исходил ледяной холод. Источник напоминал проклятую энергию во время возрождения, но тем не менее он не казался безвредным, даже отсюда я могла ощутить, какая опасность от него исходит. Эдвена говорила, что хоть они и имеют схожую суть с проклятой энергией во время возрождения, они разные. Проклятая энергия во время возрождения не способна причинить вред, она лишь возрождает, а столп, хоть и может подпитать проклятых немного энергией, может причинить вред.