Первым делом я выпросила у боцмана себе пару толстых тетрадей, а ещё подговорила Наташку взять у него ещё две, при этом сказала, что мне он не даёт. Вы спросите, зачем мне целых четыре тетради? Значит, вы никогда не жили в тесном женском коллективе. И две тетради, а скорее три, уйдут на растерзание на письма, записки, да хоть папильотки, ведь все будут знать, что Мета у нас на бумагу богатая и твои личные планы на эту бумагу не имеют никакого значения потому что ты же не жадина-говядина! А так, если каждый раз ещё исполнять репризу "отрываю от сердца с мясом, отдаю последнее и вырывание из горла голодного ребёнка последнего куска…" к тому времени, когда пара тетрадей рассеется в хватких девичьих ручках, можно будет попытаться заявить, что больше нету! Но имейте в виду, что при этом вас совсем не обязательно будут спрашивать, то есть, залезут и возьмут без спроса. И это не воровство, ведь берут у своих, считай у себя. Так что написанное нужно всё время держать в поле зрения, а лучше вообще не выпускать из рук, а для этого очень подойдёт командирский планшет, где хранить удобно и писать на нём можно. Я вроде видела у кого-то уже здесь:
— Аля! Слушай, я у кого-то из ребят видела недавно планшет, не могу вспомнить у кого…
— Сейчас! А… Нет! Точно!.. Гриценко старший сержант, их всего двое в зелёном ходит, у него ещё петлицы голубые, а у Некрасова чёрные с пушками…
— Ой! Точно! Спасибо! А как бы у него этот планшет получить?
— Да что тут думать, ты помнишь, свой нож доставала, когда кухонный потерялся, картошку ещё им чистили, Натка палец порезала…