- Дядя, - взмолилась, в порыве даже схватила его за руку. – Нельзя ему верить, он враг. Надо бежать отсюда, как можно скорее!
- Детка, хватит, - одернул меня родственник, накрывая ладонью мою руку. – Ты просто устала. Я тебя прекрасно понимаю. Страшно перейти на другую сторону, пойти против системы. И тебя сейчас терзают сомнения, это временно. Это пройдет. Понимаю, что ты дала слабину. Ты и так на грани нервного срыва. Но, Салли, уже поздно. У нас с тобой пути обратно нет. Земляне уже прибывают сюда. Они поверили тебе, они доверились тебе. Мы должны стать оплотом новой силы. И не надо сейчас отказываться от своих же слов.
- Каких слов? – опешила я.
- Салли, перестань. Не смешно, если честно. Понимаю, что у Шейха есть определённый дар. И он пользуется им, чтобы придать тебе храбрости, стойкости. И еще, чтобы ты ни говорила, я знаю, что ты его любишь. И я поверил его словам. Он по-настоящему сильно любит тебя. Не надо этого стесняться и наговаривать на него.
- Какая любовь? – вскричала я, готовая вытрясти из дяди правду.
Я хотела выбить из него эту дурь.
- Салли, я вас видел вместе, видел, как ты смотришь на него. Я знаю, что ты давно с ним. Я не осуждаю, поверь. Только не надо разыгрывать здесь из себя обиженную. Он приходил ко мне и объяснил, что ты стыдишься его. Стыдишься своих чувств.
- И ты ему поверил? – в шоке переспросила.
В голове не укладываете, что вообще происходит.
- Я видел вас, Салли. Сразу после передачи. После того как ты призывала всех скинуть с себя гнет правительства. После того, как выключили камеры, и все разошлись. Я видел, как вы с ним целовались.
Все. Больше я слушать ничего не хотела. Я бросилась прочь из кабинета на поиски Шейха. Но его и искать не надо было, он стоял под дверью и ждал меня.
Я фурией набросилась на него. Я хотела глаза ему выцарапать, наплевав на все приемы, которые учила в военной школе. Обида съедала изнутри.
- Это подло! – выкрикнула ему в лицо, когда он меня опять мастерски спеленал, не дав и пальцем к себе прикоснуться.
Лацерт завел руки за спину, до боли поднимая мои кисти вверх по спине.
- С-с-салли, я же обещал, что больше не буду целовать. Я и не буду, не пс-с-сихуй.
- Шейх, ты ублюдок! Это… Это… - никак не могла подобрать слово, чтобы выразить чувства, распирающие меня изнутри. – Это бесчеловечно!
- С-с-салли, ящерка моя маленькая, - прошептал лацерт, сильнее сжимая в объятиях так, что ребра затрещали. – Я не человек, С-с-салли. Я лацерт. Я кес-с-сш. Я мужчина. Но я не человек. Я не землянин.
Бить я его не могла, но мне было доступно кое-что другое. Уткнувшись ему в грудь, резко укусила, с силой сжимая зубы.
Лацерт зашипел и укусил в ответ. Острые клыки вонзились в плечо, отзываясь острой болью во всем теле. Ахнула, больше от удивления, замирая на мгновение. Этого было достаточно, чтобы Шейх вытащил свои клыки.
- А говоришь, не питаешься, - прошептала ему, прежде чем сознание заволокло странным туманом.
- Не питаюсь, С-с-салли. С-с-сама же с-с-сказала, что подавлюс-с-сь, - в ответ недовольно сказал лацерт, поднимая меня на руки.
Я чувствовала себя, как будто напилась, или нет, словно покурила. Странная легкость в голове, мир перед глазами кружился и оживал. Мозаичный потолок играл волнами, словно ветер качал траву в поле.
- Шейх, что опять случилось? – встревоженно совсем рядом спросил дядя Майкл.
Вспомнилось, как он за мной ухаживал в детстве. Ругал отца, не боясь его гнева. Дядя меня любил, как дочь. Ведь своих детей у него не было.
- Прос-с-стите, не с-с-сдержалс-с-ся. Она с-с-совершенно нес-с-снос-с-сна иногда бывает. Прос-с-сто с-с-сил нет. Вс-с-сего боитс-с-ся, - шипел Шейх, хмурясь и поглядывая на меня.
Слезы навернулись на глаза, я обиженно уткнулась ему в грудь.
- Зачем ты меня укусил? – с трудом сдерживая рыдания, спросила.
- А ты зачем? – вернул мне вопрос Шейх и таким укором, что мне опять стало стыдно.
- А ты мне руки за спину закрутил больно. Я не могла тебя стукнуть, - стала оправдываться перед ним.
- Что? Ты ее укусил? Она же умрет! – тут же всполошился дядя, чем-то брякая стеклянным на рабочем столе.
- Вовс-с-се нет, - отмахнулся от паникующего родственника лацерт, садясь на кушетку и удобно устраивая меня у себя на коленях.
- Да как же нет. Кэс с трудом выкарабкалась! – возмущался дядя, вставляя ампулу в шприц-пистолет и, вооружившись им, направился ко мне.
- Мис-с-стер Онуро, то от чего с-с-страдала Кэс, является с-с-синтезированным вещес-с-ством, яд лацертов в котором лишь малая доля. То количество яда, которое получила С-с-салли для профилактики полезно. Чтобы впредь думала, кого кус-с-сает, маленькая злобная ящерка.