Лей после этих слов спокойно подошёл к нему и протянул совершенно не нужный ему светильник, взятый именно для этой ритуальной цели: отказаться от лампы Сущего в присутствии отца было условием сделки с инспектором.
Все давно привыкли к этой мысли… И я тоже. Лей никуда не денется. С ним всегда можно встретиться и даже не только в Безмирье – в любом Приграничье тоже. Он останется с нами, останется другом. Стать Сущим – его выбор и его удел, который последние события лишь немного приблизили…
Но всё равно моё седце сжалось и я перестала дышать. Не потому, что Лей окончательно уходил, нет! Просто на наших глазах отец, даже не подозревающий о новой судьбе сына, без сожалений окончательно предавал родную плоть и кровь. Выпихивал из жизни… А прежде ведь и вовсе хотел убить, только потому, что мешал планам!
И вот тут-то явился Эйо.
На мои глаза навернулись слёзы. Да, сейчас очень кстати… Спасибо, Эйо! Пусть крокодил двуногий ослепнет!
Тиф Левис потемнел и словно уменьшился в размерах. Как чёрствый ржаной сухарь.
Эйо же только молча посмотрел по очереди на Элис Вайс и Тони. Юноша улыбнулся Сущему и развернул запястья. Девочка безропотно повторила за ним. Зажглись и погасли руны.
– Теперь яви руны сам, Атон, чтобы подтвердить Связь, – мягко поросила Ника и я догадалась: сказать это должен был Сущий. Подруга это сделала за него, пожалев дочку Мэг. Той явно хватило и одного только истинного вида Эйо, чтобы впасть в ступор. Голос её добъёт: закатит истерику или хлопнется в обморок… Дитя всё же! Глупое и капризное, но дитя…
Тони кивнул и зажёг руны: свои и своей юной невесты.
– Прекрасно. Можешь проваливать, Тиф, – объявил Имидор, захлопывая Летопись и передавая её Нике.
Тот не заставил просить себя дважды: пулей направился к двери прямо с двумя светильниками в руке, открыл её и шагнул в чёрную пустоту. Не произнеся ни слова и ни с кем не попрощавшись.
Дрей кивнул на зияющий проём и обратился к Вайсу и Мэг:
– Вас проводит Каспер. Сразу в Шропшир.
– Как это в Шропшир? А Элис?! – жалко запричитала моя кузина. Страх за дочь победил благоговейный ужас перед лицом Сущего.
– Она с Тони погостит у вас через пару-тройку лет. Хотя – скорее, погостят они у Миллеров, но вас навестят, а Элис может и поживёт немного. Если захочет. Но не волнуйся, – сжалился Дрей, – для вас не пройдёт ни дня. Связанные уходят в свой первый зеркальный отрезок. Однако, когда речь о детях… Ты не должна удивляться, когда завтра увидишь дочь сильно повзрослевшей.
– Почему первый отрезок на Сиате?! Она несовершеннолетняя! – попробовал возмутиться Вайс, но тут же сгорбился от одного только взгляда Лея. – Она ещё дитя, вы не имеете права забирать у нас дочь!
– Ты отдал свою дочь Связи, Борис, – ответил Лей голосом, ещё отдалённо похожим на человеческий, но уже ставшим многогранным и певучим. И Свет уже рвался из него! – Как и я своего сына. Вали отвечают за девочку. За это ручаются Сущие Безмирья и судьи Сиата. Договор записан в Дорсийской Летописи. С ней ничего плохого не случится.
Я на секунду напряглась: Вайс ведь расскажет про странности с Леем его отцу! Но тут же поняла: Борис неладного не заподозрит, поскольку с ушедшими земной маг, не имевший Древа, никогда не общался и не мог знать, что такой голос… вовсе из-за отказа от светильника.
– Я пожалуюсь Левису, – пригрозил нерадивый отец.
– Вряд ли ты ещё когда-нибудь его увидишь, – почти с сочувствием протянул Тит Имидор, покачав головой. – Тифу теперь плевать с высокой горы и на тебя, и на детей. Ему нужна была только магическая сила Нити через прямое родство.
– И он её уже получил? – подозрительно прищурился Вайс. – Уже сейчас?
– Разумеется получил, – оркестром прогремел голос Эйо, пресекая бесполезный и противный разговор. Расчёт был верным: Борис тут же съёжился, схватил за руку Мэг и кивнул Касперу.
После их ухода и Тони увёл Элис, вежливо пригласив познакомиться наконец с Талафом и младшими Валями: он знал от отца, что дальнейшее не для глаз и ушей Связанных другой Нити.
Тогда-то рука об руку с Эйо возникла Эйвин: вокруг остались лишь те, кто имел право её видеть. Все дружно ахнули. Кроме нас с Дреем, Ники и Лея Сущую в истином облике ещё никто не знал.
Но я, признаться, тоже ахнула и опустила глаза. Разве можно к такому привыкнуть?!
Эйвин оставила супруга, подошла к нам с Дреем и взяла за руки.
– У нас будет ещё один повод правздновать сегодня, – сказала она. – Правда?
Я смущённо улыбнулась ей и скосилась на Лея. Тот мне подмигнул. Да, мы втроём решили, что день этот будет слишком драматичным, если закончится чем-то вроде истерики Вайса…