– Потому что он не знает событий отринутого пространства. Ты помнишь, потому что Эйо тебя с соседкой «отстегнул», а не наоборот. А вот Тиф не в курсе, что уже давно сел в лужу. Будет строить из себя праведника и подкапываться именно через невинную ложь про русский язык. Типа по долгу службы.
– Почему ты так в этом уверен?
– Видела, как сердит господин Главный Советник? Если бы было что-то серьёзное, он был бы не злым, а печальным. Потому что он любит и уважает Дрея. Тит выглядел раздражённым. У него на лице было написано, что он скорее Левиса шарахнул бы сейчас с удовольствием своим Даром, если б мог. За то, что он его оторвал от дел, официальными путями потребовав нарушить покой уважаемой Семьи.
– Но Дрей ведь всё равно может пострадать от каких-то лукавых вопросов инспектора?
– Ой, да брось, не может! Дрей дипломат, его в ступе толкачом не поймаешь. Он отправит кого угодно в нужном ему направлении или вообще нафиг. Очень вежливо и мило пошлёт, но чётко и виртуозно. И ни разу не согрешив против правды, разумеется. Брат в этом очень крут, поверь. Они с Лени даже с каирами как-то умудряются общаться, Левис по сравнению с этими парнями – послушный агнец. А тут ещё и Имидор заведомо на стороне Валей. Угомонись уже и гуляй спокойно. Вот тебе-то туда действительно не надо. Мы пришли, кстати. Ты олисов-то хоть видела уже?
Я отрицательно покачала головой, вспомнив тем не менее, как Дрей говорил, что собирается показать, когда дарил мне кольцо.
– Что, братец тебя даже с Пипом не познакомил ещё?! Чем вы вообще тут тогда занимались полтора месяца, если со Связью вас за несколько последних дней накрыло?
Я покраснела и посмотрела в сторону, делая вид, что отвлеклась и не слышала вопроса, потому что пытаюсь разглядеть где-нибудь пресловутых олисов. Не рассказывать же, в самом деле, что полтора месяца я… эх – строила из себя убегающую нимфу, как дура. Хорошо хоть, что в итоге из меня Флора вышла... а не Дафна!
***
Никаких олисов я не увидела. На полянке, под сенью очень старых клёнов, утопающих по низу стволами в густых и неожиданно бардачных кустах, было пусто. В высокой траве угадывался маленький прудик, а в нескольких местах по самой границе зарослей стояли вёдерные ивовые корзины и широкие медные тазы. Кажется, эта лужайка – столовая. Ой, сколько же здесь тогда этих олисов?! Я удивилась, увидев в одной из пузатых корзинок и вокруг неё яблоки.
– Лисы едят фрукты? Я думала – только мясо.
– Олисы. Хотя и земные лисы тоже употребляют растительную пищу, да. А олисы ещё и сладкоежки. Но вот это, – Стеф тряхнул своими гостинцами, – мммм… это настоящие витаминки для зимней шерсти! Такой горох растёт только в Вересковой Пустоши вдоль реки Иль, в вотчине каиров. Но я доказал, что он есть на Земле, нашёл. И получил в своём ведомстве разрешение выращивать там, но из сиатских семян, потому что не чужеродный вид. Хотя каиры и притащили наверняка, через Безмирье. Ну или давным-давно наоборот, кто их теперь разберёт, они же никому не отчитываются.
Стеф поставил рюкзак на скамейку и расстегнул его, а мне указал на свободное место рядом.
– Посиди пока здесь.
Он зачерпнул две пригоршни крупных сердцевидных горошин, похожих на нут, отправился к прудику и ссыпал угощение на широкую каменную плиту возле кромки воды.
– Надо теперь несколько дней приносить понемногу, чтобы каждому досталось. Сегодня одни придут, завтра другие. К водопою и за рыбкой наведываются все.
– Сколько же олисов у Валей, Стеф? Что, в саду живёт целая стая?!
– У Валей только один олис – Пип Дрея. Ему подарил настоящего ручного щенка глава посольства Каиры. Ну и у папы есть среди диких верный дружок – даже в его покоях временами гостит, почти домашний. Но это потому что отец нереальный добряк. А остальные не прирученные и здесь не живут. Только приходят из окрестных лесов. Дикари могут ещё с нашими детьми поиграть, малышей они любят и почти не остерегаются.
Я вспомнила прогулку по Талафу. Особняк Валей, окружённый огромным парком, соседствовал, судя по уличным оградам, с несколькими подобными ему усадьбами – крупными и тоже утопающими в зелени. Но всё же он находился в самом центре определённо очень большого города! Картинка с табунами лис, спешащими по улицам к Валям в гости, у меня в голове совсем не сложилась…
– А зачем они сюда приходят и главное – как? Кругом каменные дома, мощёные дороги и куча людей!
– Заводить брачные норы и выводить олисят, это в первую очередь. Болеть, зализывать раны. Здесь безопасно, они уже веками так делают. Если бы не мы и еще несколько Старых Семей, дорсийских олисов уже истребила бы человеческая жадность. Все мечтают загрести и приручить сеголетка до его первой золотой линьки. Но почти никому это не удаётся, только губят щенков.