На занятии студенты продолжали выполнять задания на сцепление силы и материала, и совершенно не бунтовали, не выделывались и не говорили глупостей. И у всех всё получалось, даже странно как-то.
А после пары Айлинн посмотрела расписание Эвана Берри и пошла его искать. Впрочем, он был в преподавательской, долго искать не пришлось.
— Айлинн, привет, рад тебя видеть. И ещё больше рад, что принимать экзамен мы будем с тобой, а не с Томасом.
— Я тоже рада, — сдержанно улыбнулась Айлинн. — Посмотрим вопросы?
— Конечно.
И дальше они смотрели теоретические вопросы и обсуждали студентов и их практику… и это было хорошо и правильно. Любимая работа и… никаких Томасов.
Ирвин даже и не сразу осознал, что до конца семестра остаётся не так много.
Что, он уже почти проработал в Академии целый семестр? В самом деле? Как это его угораздило?
Факт: проработал.
И ещё хорошо, что у него не боевики, а всякие непрофильные специальности. Потому что можно просто поставить зачёт всем, кто не халявил на занятиях и не прогуливал, и расслабиться. А были бы боевики — то пришлось бы ещё экзамен принимать вместе с тем, кто теорию читает.
Но впрочем, студентам он своей радости никак не показывал. Приходим и работаем, и нечего тут. И нет, раньше не завершим, сколько есть часов по плану — столько у нас с вами и будет, иначе зачем вы здесь и зачем это всё. Если доведётся встретиться с натуральной нежитью — ещё пожалеете, что практики было мало, и что ушами хлопали, когда заниматься надо было.
— А вдруг мы резко вспомним всё, что вы нам говорили? — медовым голосом спросила Бобби Вудс, зараза красноволосая. — И сможем правильно отбиться?
— Только на то и надеюсь, что каким-нибудь чудом вспомните, — закивал Ирвин. — Становимся, и по очереди — упражнение на скорость реакции. Атака по сигналу, сигналом послужит мой хлопок.
А дальше — хлопать неритмично, чтобы не расслаблялись. Кому быстро, кому наоборот, выждать секунд пять, а кому и поболее. В идеале отрастает чутьё, обычное и магическое, но тут до идеала пока как до той Поднебесной, откуда Сазерленд приехал, и всё пешком.
А потом пришёл третий курс менталистов, и с ними Джоанна Тейт.
— Скажите, господин Бакстон, а я получу зачёт? — она подошла в конце пары и смотрела уже совершенно не нагло, как в начале, а нормально так смотрела.
— Если не потеряетесь никуда в оставшиеся до конца семестра дни — то непременно получите, — кивнул он.
Девица ощутимо выдохнула.
Вообще у неё отлично выходит всякое и разное, силы там достаточно. Если не задурит и не потеряется в следующем семестре, то даже и неплохо будет. Ничуть не меньше и не хуже, чем у парней из её группы, а если с некоторыми сравнить, то даже и получше.
Первокурсники с факультативом были отпущены до следующего семестра. Они отчаянно боялись экзаменов — как же, первая сессия, все дела. Что-то у них там было по теории магии, которую ведёт подружка Айлинн Кэти Торнхилл, ну да разберутся, наверное. Опять же, всегда же можно выучить, правда?
Однако, соображения насчёт «выучить» были нынешним студентам как-то не близки. Что это — лень или необратимое изменение в чём-то там, не позволяющее запомнить больше трёх предложений разом? Ладно, Ирвину сейчас экзаменов не принимать, по теории — и вовсе не принимать, так что можно об этом не думать. А ту теорию он сам-то знает, на минуточку? Нет, что-то знает, конечно, с чем работал и работает. Но не в таком количестве, чтобы вот прямо лекцию читать. Но ему пока и не нужно.
А нужно… что там нужно? Пойти и успокоить Айлинн, что всё хорошо? И что на рождественский бал они пойдут? И что там ещё нужно сказать?
И с Сазерлендом договориться, когда папеньку из теней пасти.
И вообще, тут праздник скоро, надо добыть подарки.
И потом ещё Новый год, можно устроить вечеринку и всех позвать. Ну там Джима — он как раз ещё не уедет пока, Сазерленда — нужно ж его цивилизовать как-то, Рона и Джонатана, и ещё кого-нибудь из приятелей по службе. И Айлинн пускай каких-нибудь подружек зовёт, у неё точно есть. Хоть бы и ту же Кэти Торнхилл. И кого-нибудь ещё.
В этот день они с Айлинн наконец-то провели нормальный вечер вместе, у него дома. Никуда не торопились, никого не звали и не ждали, и сам к ним тоже никто не заявился. Ужин заказали, музыку запустили, и даже говорить-то ничего не нужно было — всё само делалось, без слов. После душа в одном лишь махровом халате она выглядела необыкновенно забавно, как белый мишка какой-то, и вытряхнуть её из этого халата оказалось легко. Впрочем, и сам он тоже был одет ничуть не серьёзнее, да и ладно, больше не нужно. И вот они сначала сидели на диване, потом лежали на нём же, потом всяко переворачивались… Но в итоге всё одно ушли спать на кровать, как люди. Всё же пока ещё не пятница, и вообще с маменькиного дня рождения ещё и недели не прошло.