— Уже нет, — улыбнулась я олененку, потрепав его за щечку.
Да, боли я уже давно не чувствовала. Однако все равно привыкнуть к такому… не могу. Когда я хочу лечь спать, сердце Ло неожиданно начинает биться, как сумасшедшее, причем я не понимаю почему. По его лицу все так же не разберешь, о чем он думает, но сердце… как он говорил? Сердце не лжет. Билось так, словно требовало освободить его. Из-за такого барабана в груди от сна осталось лишь одно воспоминание.
— Дай послушать! — неожиданно попросил Луффи, после чего, не дожидаясь моего ответа, снял свою соломенную шляпу и приложил ухо к моей груди.
Я не оттолкнула его. Да и смысл? Все равно ведь услышит. Вот только от его движения сердце Ло, что до этого было абсолютно спокойным, вдруг забилось быстрее.
— Круто! — воскликнул радостный Луффи. — Интересно, а мое туда влезет?
— ЧТО?! — крикнула я прямо на ухо парню, от чего тот слегка вздрогнул. — ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ!
— Влезет, — неожиданно ответил Ло равнодушным голосом, однако его жизненно важный орган чуть ли не плясал у меня в груди.
— А ну хватит! — остановила я Луффи, пока тот не ляпнул то, что окончательно перевернет мою жизнь. — Я вам не хранилище! Если прям так не терпится вложить свое сердце куда-нибудь, то отдайте Фрэнки. У него на этот случай даже холодильник в животе есть.
— Эм… Куколка, он для колы, — смущаясь, заметил Фрэнки, что все это время сидел молча.
— В самый раз! — фыркнула я, отойдя от Луффи, и недовольно скрестила руки перед собой.
— Интересно, а как это? — с любопытством спросил Чоппер.
Как ни крути, а в этом маленьком докторе все же сидит этакий безумный ученый, который желает знать ответы на все малоизученные вопросы. Я надеялась, что ответ даст Ло, ведь он точно знает, что я сейчас чувствую, но нет. Парень лишь с интересом посмотрел на меня, выжидая, как же я охарактеризую то, что чувствую?
— Это словно все твои внутренние органы собрались вместе и решили устроить фестиваль, — сказала я правду. — А после начались танцы в стиле румбы. Ни минуты покоя!
Не знаю почему, но это описание только всем доказало, что иметь в груди два сердца «очень круто». Мда… мое желание устроить маленький переворот, чтобы выкинуть Ло за борт, ну или хотя бы куда-нибудь, окончательно провалилось. Видно я еще долго буду жить в подобном режиме. Я и так через чур эмоциональна, а с этими сердцами ежедневная доза адреналина обеспечена.
Ло сказал, что если идти по прямой на средней скорости, то до Дресс Роуз мы доберемся через полтора-два дня. Сегодня он уже связался с Дофламинго и выдвинул ему свои условия, а именно — его отставка. Дофламинго должен отказаться от поста шичибукая, иначе он не получит обратно Цезаря и, самое главное, не получит Смайл. А это значит, что его отношение с одним из Ёнко, Кайдо 100 зверей, пошатнутся. Дофламинго является сбытчиком дьявольских фруктов типа зоан, а Кайдо одним из главных покупателей.
Если завтра в утренней газете не будет статьи о его отставке, то о сделке можно не мечтать. Вот только меня почему-то мучает странное предчувствие.
Сейчас я валялась в своем шезлонге на крыше спортзала и рисовала небольшие зарисовки моих приключений на острове Архивариус. При этом мысли были далеко отсюда.
Согласится ли Дофламинго на эти условия? Если да, то это докажет, что Цезарь действительно очень важен, и что Дофламинго боится одного из Ёнко. Сможет ли он отказаться от всего и стать обычным пиратом? Дозорные подобного не любят. Они тут же объявят Дофламинго одним из предателей всего мира и откроют на него охоту. Да и с Дресс Роуз ему придется уехать, а ведь он там сейчас чуть ли не король. Если таковым и не является.
Со стороны кажется, что мы ничего не теряем. Если есть статья — отлично. План продолжается. Нет статьи — Дофламинго, так или иначе, не позавидуешь, ведь на него будет точить зуб Кайдо. Все просто. План Ло действительно пока не имел изъянов, вот только почему-то я все равно чувствую себя не в своей тарелке.
Что-то произойдет. Надвигается буря. Я, конечно, могу сказать об этом парням, вот только будут ли они слушаться меня? Луффи так вообще побежит сломя голову в эпицентр сражений, Зоро лишь усмехнется и начнет разминать плечи, так как никогда не откажется от битвы, даже Санджи, и тот, лишь закурит одну из своих сигарет и скажет что-то в стиле: «Я спасу своих Мелорин».
Нет, конечно, будут те, кто прислушается ко мне, поверит и тут же включит режим «Паника на корабле». Чоппер, Нами, Усопп и Брук — вечная четверка, что сначала кричат, убегают, а потом что-то пробуют сделать.