Сегодня утром я проснулась на новом месте со странным ощущением пустоты. Покопалась в себе и поняла и приняла одну простую, но такую приятную мысль — я соскучилась по Егору. Придумала повод и вот звоню, лишь бы голос услышать. Меньше суток как расстались, а я каждую последующую минуту мыслями с нашим попечителем. И ночью он снился. Целовал, обнимал, слова ласковые нашептывал. А смотрел на меня как, м-м! Будто я драгоценность какая. Его. А все, что было у меня ранее — Виталий, заботы о подработке, неприятные знакомства — все это сон, быль, прошлое, которое осталось далеко позади. Настоящее — мой сын, внезапно появившийся в моей жизни Курагин и я. Мы.
В будущее заглядывать страшно, просто светлое в душе таится "а вдруг?".
А вчерашний звонок Егору… Возможно, правда он по работе был, а я накрутила себя, оттолкнула, не выслушала.
— А вы… приедете?
Скажи "да"! Скажи! Жду ответа, закусив губу.
— Если не помешаю.
— Нет, конечно, приезжайте, — я почти ликую и чуть ли не прыгаю от радости, — и Егор вас ждет. Вон, ползает по дому, Ди своего зовет.
Смотрю на сына. Малыш в окружении игрушек — машинки, кубики, погремушки. Все они новые, безопасные, яркие, подаренные Курагиным. Егорка переползает от одной к другой, крутит в руках добычу, что-то бормочет себе под нос, иногда удивленно повизгивает. Протягивает мне, четко выговаривая «Ди», что означает: это подарил дядя. Дядя, которому мой сын оказался нужнее, чем отцу.
— Привезти что-нибудь? К чаю там или на ужин?
— Нет-нет, ничего не надо. Я сама все приготовлю.
Конечно, приготовлю. Уже приготовила. Пирожки на подходе, ватрушки с творогом и изюмом уже испеклись. Запах выпечки по всей квартире плывет.
Звонок в дверь. Странно, Свете я еще не звонила, соседке тоже. А может, это сам Курагин? Стоит за дверью и ждет, когда я приглашу его в гости? К нему домой.
— Ой, в дверь звонят. Кто-то пришел.
Бегу открывать. Мельком окидываю себя взглядом в огромном зеркале — не испачкалась ли в муке. Все в порядке, щеки только горят, в глазах сияние, а в теле легкость и те самые бабочки, что ожили, запорхали и теперь никак не хотят успокаиваться. Бросаю телефон на полочку, разглаживаю ладонями невидимые складки на платье, поправляю волосы.
В предвкушении кручу замок, распахиваю дверь…
— Ну привет!
Неожиданно.
— Добрый день. Квартирой ошиблись?
— Как раз нет. Я по адресу. Курагин дома?
— На работе.
Смотрю на часы — а почему, собственно, ты не на работе?
— Так и думала. Тем лучше. Пригласишь?
Оглядываюсь назад. Там сынок ползает по полу гостиной. Я не хочу, чтобы Жучка видела его, смотрела на мое чудо. Сглазит еще, она может.
Пользуясь моей заминкой, девушка уверенно заходит в прихожую, оттесняя меня в сторону. Окидывает себя взглядом в зеркальную дверку шкафа. Красивая. Элегантные черные ботиночки на шпильке, черные капронки, красное пальто, роскошные волосы. И осанка королевы. Света называет таких породистыми. И держится эта породистая Жучка хорошо, с достоинством. Лицо только у нее немного припухшее, глаза с красными прожилками. Плакала?
— Что вам нужно?
— Ну надо же, какая воспитанная. «Вам», — хмыкает гостья.
Духовка пищит таймером — пирожки пора вытаскивать.
— Проходи на кухню, — убегаю вперед незванной гостьи. Выключаю духовку, достаю противень с румяной выпечкой. Красота! А запах!
Оглядываюсь — Катерины нет. Она изначально не пошла за мной. Где же ты, Жучка? Что задумала?
Катерина оказалась в гостиной. Как есть — в обуви, пальто — присела на корточки перед моим сыном, разглядывает его. Егор с любопытством смотрит на тетю и вдруг широко улыбается ей, сверкая кончиками белых, недавно вылезших нижних зубиков. Протягивает ей свою пустышку. Не боится чужих, не знает, что не все люди с добрым глазом. Эта так точно.
Жучка двумя пальчиками берет пустышку, удовлетворенно хмыкает, будто именно этот предмет ей и нужен.
Я быстро подхожу к сыну, беру его на руки, отворачиваю от Жучки.
— Твой сын не похож на Курагина. Не думала, что он настолько слеп, чтобы не видеть этого.
— Тебя точно не касается, на кого похож мой сын. Говори чего надо и уходи.
— Злая ты, Варвара. И что в тебе Курагин нашел? Ни кожи, ни рожи.
Катерина поднимается с корточек, медленно обходит комнату. В одной руке все еще держит "подарок" моего сына, тонким пальчиком другой руки ведет по поверхности мебели, сама разглядывает обстановку. Мне кажется, она впервые в этой квартире.
— Вообще-то полы здесь чистые, ребенок ползает, а ты в обуви ходишь. Совесть имей.