Варя смотрит в указанном направлении и, вспыхнув румянцем, стыдливо закрывает ладошками личико. Тут же убирает их, приближается, сверкая зеленью, и лукаво шепчет в ухо:
— Потом наверстаем.
— Ловлю на слове. Беги уже, поднимай сына.
Благодарно взмахивая ресницами, Варя подскакивает с моих колен и бежит из кухни. А я продолжаю сидеть, плавая в эйфории, глупо улыбаясь и чувствуя себя стопроцентно счастливым человеком.
— А вот и мы, — Варя возвращается с Егоркой через минуту. С малышом на руках белокурая девушка выглядит как Дева Мария с младенцем, сошедшие с иконы.
Егор хмурится спросонья, но видит меня и улыбается. Только я хочу забрать его себе на колени, как снова раздается звонок в дверь. Мы переглядываемся в безмолвном вопросе — кто пришел? Гостей не ждали.
33
Егор
Звонок. Как не вовремя. Я все еще в эйфории от наших с Варей поцелуев. Тело возбуждено, в мозгу в кисель, на сердце тахикардия. Но безусловно, это самый лучший день из всех за последнее время, что могу припомнить. Вот только тот, кто решил нагрянуть в гости без предупреждения, грозит обломать мне весь кайф сегодняшнего дня.
Знак? Я не суеверен. Был до этого времени. Прокручиваю в голове события последних дней, подсчитываю моменты обломов с моей Варюшкой. Действительно впору становится суеверным. Вот только не сдамся провидению я так просто.
Открываю. Неожиданно.
Этих гостей я точно не желаю видеть ни в своем доме, ни даже в одном городе. Желательно бы им еще и планету сменить. На площадке собственной персоной Варин муж в компании с каким-то мрачным мужиком. Терехин гладко выбрит, модно одет и вообще выглядит, как мачо. Совсем не похож на того утырка, что приходил в больницу к Варе. Другой человек.
Его спутник намного старше, практически старик, со светлыми, несколько лохматыми волосами и густыми бровями, хмуро нависшими над утопленными вглубь серыми глазами. Одет вроде хорошо, но впечатление производит неприятное, даже опасное.
Мы все осматриваем друг друга с ног до головы. Терехин с самодовольной ухмылкой задерживает взгляд на моем лице, затем скользит мимо, за мое плечо. Там Варя выходит в коридор с Егоркой на руках и мне хочется закрыть их своим телом, чтобы они не видели ее, не знали, что она у меня. Хотя они и без этого знают, иначе не пришли бы. Как адрес узнали? Варвара сама дала? Зачем?
— Ну, привет, папаша, — молокосос смачно жует жвачку и крутит на пальцах связку ключей с брелоком от авто.
— Чего надо? — всем видом показываю, что не рад гостям.
— Варю позови, — довольно громко говорит Терехин, специально, чтобы Варя услышала.
— Мне говори.
— Тебе не буду. У нас к ней конфиденциальный разговор.
— Да пошел ты, — дергаю дверь на себя. — Разговора не будет.
— Тише, тише, — подает голос второй, и я застываю, глядя на блестящий ствол пистолета, направленный в мою грудную клетку. Хмурый старик безэмоционален, как ледяная статуя. Оружие в его ладони лежит так комфортно, будто это продолжение его руки. Киллер? Охрана? Кого от кого? Меня запугать? Варю?
— Варю позови, — нагло повторяет недомуж и кричит мне за спину сам: — Варя!
«Не выходи», — мысленно посылаю сигналы девчонке, но Варя, оставив Егорку среди игрушек, выныривает из-под моей руки и тоже замирает. Мгновенно бледнеет при виде мужа, а когда переводит взгляд на второго «гостя» с «подарком» в руке, чуть не оседает в ужасе на пол. Прижимаю ее к себе, поддерживаю.
— Так, ты иди отсюда, — старик машет мне стволом, показывая, чтобы я скрылся в квартире.
— А ты ко мне, — Терехин хватает Варю за руку, резко тянет ее на себя, отрывая от меня как тряпичную куклу.
Я дергаюсь в сторону девушки.
— Стоять!
Ствол больно впивается между ребер.
— Иди отсюда, — старческим голосом угрожающе повторяет мужик.
Черт, этот хорек и правда ведь выстрелит. За себя не страшно, за Варю только и малыша. Отступаю в квартиру. Чувствую себя гадко и беспомощно.
Прислоняюсь ухом к закрытой за мной двери, слышу обрывки фраз Терехина:
— Быстро собрала вещи, взяла сына и пошла со мной!
— Нет!
Дальше ничего не слышно, и я смотрю в дверной глазок. Терехин наклонился к Варе и что-то горячо втирает ей. Я вижу, как меняется ее лицо после его слов. И он видит это. И по мере того, как она сникает на глазах, он становится смелее и увереннее. В чем этот пионер недоделанный так настойчиво убеждает мою дуреху? Не ведись, наивная девочка! Не верь, не слушай!