— Есть, сейчас скину.
— Окей, жду. Спасибо за оперативность, дружище.
Серый отключился. Не успел экран погаснуть, как прилетело сообщение с фотографией.
— Он? — разворачивает Макс телефон мне.
— Он, — подтверждаю, увидев на экране лицо того самого старика с таким же нехорошим взглядом из-под лохматых бровей. — Значит, действительно на немаленькие деньги Терехин попал, раз сам главарь банды его пасет.
— Похоже на то. Только что с него взять? В квартире голяк, ты сам видел.
— Если квартира все еще Терехина. А если уже нет, то там, скорее всего, не ворованные драгоценности, а склад наркоты хранится.
— Вряд ли стоимость той халупы долг покроет. И зачем им твоя девчонка нужна, остается непонятным. Не за долги же муж ее отдать решил?
Если это так — убью гада!
— Ты ей звонил?
— Звонил, не абонент. Вряд ли они разрешили ей телефоном пользоваться.
— Ясно. В любом случае, нужно ее вытаскивать оттуда. И чем раньше, тем лучше.
— Но как? Поедем в полицию? Если все знают, что Мухтар — наркоторговец, но до сих пор не сидит, значит, в полиции у него свои люди?
— Возможно. Предлагаю ехать домой, думать будем там, а сюда сейчас ребят вызову. Пусть последят за движухой, если будет.
— Тогда ко мне поедем. Вдруг Варя вернется.
— Идет.
К тому времени, как к нам подтягиваются на двух автомобилях четверо ребят из охраны Короткова, на город опускаются сумерки. Максим вводит парней в курс дела, скидывает фотки Мухтара и Вари, позаимствованные из моей галереи, показывает семерку с цепным псом наркодельца, дает краткий инструктаж как действовать в случае чьих-либо перемещений.
В детской загорается свет. До боли в глазах вглядываюсь в окно в надежде увидеть зеленоглазку. Как ей сообщить, что я рядом и хочу ее спасти? Теперь я на тысячу процентов уверен, что ее припугнули и заставили уйти от меня. И те слова, брошенные мне, — это способ остановить меня, уберечь от бандюка. Маленькая моя, глупенькая девочка. Как я могу отказаться от тебя и Егорки?
Ребята разъезжаются, занимают выгодные для просмотра места во дворе. Максим садится в машину.
— Машинку пробили. По доверке ездит на ней некий Мухараддинов. Думаю, это и есть наш Мухтар.
— Свет включила, — не отрывая взгляда от окна, говорю другу.
Он тоже смотрит. Ждем, сами не зная чего. Через некоторое время видим в оконном проеме за прозрачной шторкой женский силуэт.
— Это Варя. К окну подошла.
— Весточку пошлем, — не то спрашивает, не то предупреждает Макс. Включает зажигание и коротко моргает фарами один раз.
Не факт, что Варя заметила. А если заметила — догадается или нет, что это мы подаем ей сигнал?
Тоненькая фигурка отходит от окна. Свет в детской гаснет. Через три секунды включается.
— Заметила!
Держись, зеленоглазка моя! Мы придумаем, как тебя вытащить.
— Макс, мне нужен номер Мухтара.
— Ты что задумал, Горыч?
— Торговаться буду. Если им Варя нужна, чтобы долги выбить из Терехина, то он назовет сумму. Пока он будет ждать от меня денег, вреда ей и ребенку не причинит. Я надеюсь. А у нас будет время подумать, как вызволить моих из беды.
Номер Мухтара мы узнали через несколько минут. Я сразу набрал его.
— Мухтар?
— Кто это? Что нужно? — заскрипел в трубку знакомый голос.
— Это Курагин.
Делаю паузу — узнавал ли Мухтар, кто я? Как отреагирует на мой звонок?
— Я ждал твоего звонка, Курагин.
Узнавал.
— Рисковый ты мужик, — между тем спокойно продолжает старик. — Тебя предупредили, а ты из-за бабы на рожон лезешь. Не страшно?
— Хватит лирики, Мухтар, отпусти девушку и ребенка.
— Эх, Егорка, Егорка. Молодой ты еще, горячий. Я же тебе сказал не путаться под ногами. Не понял? Или тебе есть что мне предложить?
— Есть. Назови сумму.
В трубке повисло молчание. Давай же, дворовая псина с благородной кличкой, думай, высчитывай выгоду.
— Пол ляма зеленых и двигаешь моего человечка себе в замы.
— Не жирно, Мухтар? Лямы я тебе найду, а с местом пролет — назначение только с головного офиса.
— А ты подсуетись. Тебе же баба нужна, ты и думай.
— Место секретарши вакантно, хочешь?
— А ты юморист, Курагин. Я оценил. Надеюсь, ты тоже оценишь мою шутку. Знаю я, Егорка, что девушку ты одну обидел. Нехорошо.
Мы с Максом переглянулись. Пожимаю плечами — не понимаю. Кого я обидел — Варю? Чем?
— О ком речь?
— О Катюше, дорогой, о Катюше. Она к тебе со всей душой, а ты ее как шавку — за дверь.
Максим таращит глаза и качает головой — мы оба не ожидали такого поворота. Катерина и Мухтар? Как?!