Она отступила на шаг, привалилась к стене. Сердце колотилось как сумасшедшее, в горле стоял комок. То, что Славка многим девчонкам нравился, и то, что Зойка везде норовила завести интрижку, было не новостью. Но вот так откровенно…
11.2
Лола отступала и отступала к своей комнате, пока не скрылась за дверью. Ей понадобилось пара минут, чтобы прийти в себя и принять решение. Она так просто своего никому не отдаст, а то, что он с Зойкой целуется, сама виновата. «Надо решаться, сегодня же!» - пообещала она себе.
Он здоровый молодой мужик, а она его ограничивает в том, что для него так важно. Конечно, в такой ситуации он откликнется на любое предложение, хоть бы и Зойкино, да хоть любой другой девушки. А своё она никому не отдаст, отстоит. И Лола решительно вышла из комнаты, громыхнув дверью.
- Славочка, ты ванной? – громко проговорила, чтобы перекрыть шум не шумящего сейчас душа.
- Н-нет, киска моя, - откликнулся он. – Я на кухне! Ванна свободна, можешь идти!
- А, ну хорошо, - и Лола пошла пользоваться удобствами, громка хлопая дверями и щелкая задвижками.
Через пять минут она, уже умытая и свеженькая, сидела за столом, а Славка со своей обычной улыбкой ставил перед ней сковородку с яичницей. На плите закипал кофейник. Зойки на кухне не было, И можно было заподозрить, что и в квартире её уже нет. Лола наблюдала за парнем, который разливал по чашкам кофе, но старалась сделать это ненавязчиво, будто любуясь. Он тоже посматривал на неё, улыбаясь открыто, белозубо, даже кокетливо. Ни проблеска вины во взгляде, ни капли неловкости в движениях.
И Лола почувствовала себя виноватой. Дважды виноватой. За то, что всё никак не сделает решительного шага, другой – что подозревает его в неблаговидном поступке. Разве он вот так тепло улыбался бы ей, если бы был виноват, если бы сам стал тискать Зойку? Разве светились бы таким теплом его глаза при взгляде на неё, если бы ему нравилась другая? Нет, просто эта недалёкая озабоченная курица воспользовалась ситуацией, когда парень был распалён. Но больше такого не случится. Всё! Решено! Это её парень, и теперь это война – она его никому не уступит!
***
По пути с работы она отчаянно тянула время, то зайдя в магазинчик нижнего белья, чтобы выбрать себе комплект поэротичнее. Провела там полчаса, но так ничего и не выбрала – всё не то, не такое, не соблазнительное, не эротичное, не удобное. Ещё почти час потратила в супермаркете намертво зависнув у ларя с мороженым. Выбрала в результате семейную упаковку, да и ту – просто потому, что она лежала сверху. Слава позвонил, и когда выяснилось, что он уже дома, это сработало лучше любого ускорителя – Лола помчалась, не разбирая дороги. Сначала растолкала людей на кассе, потрясая мороженным и крича, что у неё без сдачи, а потом неслась по тротуару, обгоняя прохожих и едва не потеряв шарф. Ей снова вспомнилось, как жадно приникал к Зойке её Славочка, как ритмично двигал рукой под её футболкой, и ужас, что это может повториться, гнал её вперёд.
Но дома всё было тихо, мирно, квартирантки ещё не собрались, а единственная девочка, что пришла раньше всех, выглянула на Лолкино громкое предложение угоститься мороженым и отказалась, ссылаясь на завтрашний экзамен.
Лола решение приняла и менять его не намеревалась, но готовности не чувствовала – нервничала, то кусала губы, то болтала, всё время сбиваясь с мысли, суетилась, накрывая на стол и кормя улыбчивого Славу ужином. А когда девчонки стали приходить домой и выползать на ужин, утащила его в свою комнату, предлагая посмотреть маленький телевизор («Только вдвоём!») или вообще завалиться пораньше спать. Волнение усиливалось, и Лолу уже основательно трясло. И она достала заветную бутылочку коньяка - для расслабления, когда Слава скрылся в ванной. Проглотив пару ложек мороженого, чтобы забить вкус алкоголя, ушла к себе. Умом она понимала, что нужно настроиться на предстоящее, подумать или посмотреть что-то будящее чувственность, почувствовать хоть малейшие зачатки желания, но ничего не могла поделать – боялась. Забралась в кровать, свернулась там клубочком и тихо ждала.