И когда однажды вечером Славка разделся и, взяв полотенце, пошел в ванную, она не смогла побороть искушение и проверила его карманы. Что она хотела там найти, она и сама не знала, но ничего не найдя, вздохнула облегчённо.
- Надо расслабиться, надо прогнать это наваждение, созданное Глебом, - говорила она себе и вновь тихо-тихо пробиралась по квартире, чтобы услышать или увидеть что-то, что, как она боялась, разрушит её жизнь. Всё же на все сто процентов она в Славке уверена не была.
Ещё какое-то время она вот так играла в шпионов, и даже улавливала от своей подушки слабый запах чужих духов, из-за чего давала себе мысленно подзатыльники – какие духи?! Но постепенно слова Глеба забывались, нервозность стала уходить, напряженность уменьшаться, и Лола немного расслабилась.
Уже ближе к весне она как-то рано вышла из дому, чтобы перед работой успеть забежать на почту, и не стала ждать Славку, который обычно выходил в это же время. Но на удивление на почте в такое ранее утро не оказалось очереди, и она, получив свою посылку, решила вернуться домой, чтобы не таскать посылку с собой, выпить горячего кофе и заодно переобуться – было тепло и можно было зимние сапоги поменять на осенние.
Что её и в этот раз заставило тихо провернуть ключ в замке, она не знала. Но бесшумно зайдя в квартиру, она быстро сняла куртку, сапоги и побежала на кухню ставить кофейник, но на полпути решила сначала достать из шкафа сапоги – их же нужно было протереть заранее обувной губкой со специальной пропиткой. И она, махнув рукой на кофе, пошла к себе в комнату – она очень любила свои осенние сапоги, и поухаживать за ними ей хотелось больше, чем за собой.
Дверь почему-то была заперта на ключ, Лола, так и не выпустившая рук свою связку, открыла комнату и застыла: в их со Славкой кровати лежали во вполне однозначной позе и наготе непосредственно Славка (сверху) и Людочка (снизу), и смотрели на неё расширенными глазами. Лола резко захлопнула дверь.
Видимо, чего боишься, то и происходит. Именно об этом почему-то подумалось Лолке. Потом она решительно открыла дверь снова и зашла внутрь.
Двое на кровати не успели поменять позы и всё также изумлённо смотрели на неё.
- Значит, я тебе нравлюсь, потому что хорошо готовлю жрать и у меня есть квартира? – спросила она Славку, попутно сталкивая его с Людочки.
- Лола…
- Так, подружка. У тебя пять минут, чтобы собрать свои вещи. А потом вылетишь как пробка, в чем есть. - И опять обратилась к Славке, лежащему совершенно голым на боку и смотрящим на неё удивлённо, но не виновато. Ни чуть не виновато!
- Так ты мне хотел заделать ребёночка, и чтобы мне некуда от тебя было деться?
- Да что ты мелешь, Лолка?
- А ну-ка встань и покажи мне паспорт!
- Лола, какой паспорт?
Сама она резко хватала Славкины вещи и запихивала их в первый попавшийся пакет, и также резко ответила:
- Какой-какой? Твой! Вдруг ты женат и у тебя трое детей?
- Нет у меня жены! И детей нет!
- Паспорт, я сказала!
Славка нервно дергал губами то ли пытаясь улыбаться, то ли что-то сказать. Он тоже резко двигал руками и ногами, одеваясь, пока Лолка металась по комнате, сгребая не такие уж многочисленные пожитки своего парня. Бывшего парня.
- Людка! – крикнула в открытую дверь. – Ты уже ушла?
- Лола, не выгоняй! Куда мне идти? – откуда-то из глубины квартиры донёсся плачущий голос квартирантки.
- Я уже иду, помогу и тебе собраться, - и Лола выбежала из комнаты, прихватив собраннон с собой.
Людочка, уже полностью одетая и со своей большой сумкой, выскочила из комнаты.
- Лола! Ну пожалуйста!
- Пошла вон! – устало, но безжалостно сказала, открывая перед девушкой дверь. Та вышла, шмыгая носом и кусая губы.
Одетый Славка стоял в дверях Лолкиной комнаты и смотрел на неё исподлобья.
- Значит, всё? – спросил испытующе.
- Всё.
- Не простишь?
- Никогда!
- Ну тогда скажу тебе на прощанье, - он нагло ухмыльнулся. – Ты так себе девчонка. Я найду и получше, вон даже Людка и то лучше тебя тра..ся. Не говоря уж про остальных…