Встречи с Харой – я тогда восхищённо осматривала девушку, сравнивая с собой. Гордилась знакомством с ней и совместным номером.
Встречи с "Драконами" – я тогда танцевала позади, посмеиваясь про себя, а потом вышла вперёд и испытала столько противоречивых чувств… целую гамму. И неверие, и восторг, и неописуемое счастье, и обиду, и возмущение.
Встречи с Филиппом и Иги – я тогда безумно волновалась, боялась всего на свете и, самое главное, быть непонятой и непринятой.
Сейчас всё позади. Целая гамма чувств. И переломный момент пройден. Интересно, сколько их ещё впереди?
Глава 12. Мрачные предчувствия
− Итак, мы решили, что тебе стоит появиться в моей предвыборной кампании, вместе с Каем желательно. Твоя задача его уговорить, − без обидняков заявил отец, когда всё-таки вызвал на встречу в свой любимый ресторан.
Во-первых, меня поразила наглость сего заявления: "мы решили", "тебе стоит", "твоя задача". Что, простите? Когда я успела устроиться к отцу на работу?
Во-вторых, этот снисходительный тон. То есть он всерьёз верит, что делает одолжение своей встречей?
Скомкала бумажную салфетку и залпом проглотила вино. Не зря я в последнее время заказываю алкоголь на встречах с ними, без него просто невозможно слушать весь этот бред.
− Смелое решение, пап. А ты ничего не перепутал?
Отец замер на секунду с удивлением в глазах, будто бы не привык к подобному тону. Ах да, мы же пару-тройку раз за всю жизнь виделись и общались. Конечно же, он меня совсем не знает. Откуда ж ему было привыкнуть к моему тону да и вообще знать, какую реакцию вызовет у меня его предложение.
Он вообще не знает взрослую Сону, которая далеко не в восторге из-за нарушения личного пространства любым способом и любым человеком.
− Твоё предложение подходит больше Каю, чем мне.
− Селена, − папа остановил меня взмахом руки и очень мягко продолжил. – Мы столько лет не имели возможность стать одной семьёй.
− Пап, давай без сентиментальностей. А то употреблять фразы "одной семьёй" в контексте с "предвыборной кампанией" как-то вообще не комильфо. Ты совсем там… заработался? – слава богу, умудрилась подобрать не ругательное слово. – Я не собираюсь участвовать в твоей предвыборной кампании и тем более играть в счастливую семью. Мы никогда не были семьёй, и пытаться нечего. Судя по всему, заставить Кая не удалось на этот раз? Как мило, что уговорить его плавно перекочевало в мои задачи.
− Селена, я всё это заслужил, – покорно опустив голову, произнёс папа. – Я плохой отец. Но давай попробуем!
− Странные попытки пробовать. В предвыборной кампании... Ты вообще сам себя слышишь? Какие слова используешь, как ставишь перед фактом. Я не животное, чтобы сказать "к ноге". Я живой человек, у которого своя, отдельная от тебя жизнь.
− Понимаю, как раз понимаю. Поэтому и считаю, что пора открыть общественности нас, сказать всем, что ты моя дочь. Дать парочку интервью. Станем одной семьёй! Хочешь, переезжай к нам!
− Ни черта ты не понимаешь, − я стукнула пустым бокалом по столу.
Дохлый номер. Он никогда ничего не поймёт, мы вообще как будто на разных языках говорим.
− Меньше чем полгода назад ты орал на меня, говорил, что трясу задницей перед кучкой идиотов. Требовал прекратить, так как переживал за свою кампанию. А теперь говоришь, что пора представить меня миру?! Спасибо, но я уже представлена. Своей кучке идиотов. И большего мне не требуется.
− Селена…
− Да перестань произносить моё имя с таким укором. Я дофига лет Селена и уже давно Сона! Никакого представления миру не будет, счастливой семейки тоже. Провались ты пропадом вообще с ней и своими выборами, с меня хватит всё это терпеть! Вздумал управлять мной как Каем на правах родителя? Свои права ты уже потерял, а если точнее – то вообще продал. И от Кая отстань, не твоя собственность. Он вообще лучшее, что ты сделал за свою жизнь. Не порти. Хотя… уже испортил, хуже некуда.
Во мне снова бурлил океан злости. И больше всего бесило, что из-за этого почти чужого человека я всё ещё испытываю столько эмоций. Никто не стоит моих нервов! Тем более он.