– Не переживай, всё хорошо! Они крепкие, тебя выдержат, не упадёшь, – Шон поспешил прогнать панические нотки на моём лице.
Я пыталась сделать то же самое, вспоминая прекрасное спокойное место, откуда недавно прилетела. А тут холод, серость, страх… Даже снег на улицах не смог обрадовать и приободрить.
Страх не высоты.
Страх поселился во мне давно. Другой. Боялась силы собственных чувств. И того, что их не примут. Кто бы мог подумать, да? Влюбилась. В обоих драконов.
Чёрт.
Таня считала, что нельзя любить двоих людей одновременно. Либо любишь кого-то одного и просто запутался. Либо не любишь никого из них.
В наших чисто теоретических беседах она даже рассказала о способе, который позволил бы понять, кого на самом деле любит запутавшийся человек.
– Представь, ты в открытом море, – вещал мой верный помощник с бокалом вина в руке.
Это мы так позволяли себе расслабляться на выходных. Заказать пиццу или пасту, вино или какао, усесться прямо на пол рядом с журнальным столиком на мягкий пушистый ковёр перед балконом и любоваться закатом с переливающимися от блеска волнами.
Болтали обо всём на свете, наслаждаясь своим маленьким раем. И тем, что никто не мог его у нас отобрать.
– Корабль потерпел крушение, – сказала Таня, и я тут же представила бушующую стихию. – Ты на маленьком плоту, в котором есть место лишь для двоих. Два твоих любимых человека в воде. Нужно обязательно выбрать кого-то из них, чтобы спасти. Нужно прочувствовать эту ситуацию и, действительно, выбрать. Кого из них ты спасёшь?
Я представляла такие картины много раз.
Даже сейчас, когда висела в воздухе, наконец, немного расслабившись. Представляла этот чёртов плот. Ши и Иан в воде. Кого из них спасу? Того, кто больше дорог. Того, без кого свою жизнь не смогу представить. Того, кто обязательно должен выжить!
И себя на плоте я больше не видела. Я в воде. Вода повсюду, она забирается в рот, нос, плещет в глаза. Холод сковывает внутренности. На плоте Иан и Ши.
Если кто-нибудь из них умрёт, мне будет плохо. Очень плохо. Никогда не смогу полноценно быть счастливой, зная, что кого-то из них не спасла.
Если кто-то один должен умереть ради жизни двух, то эту буду я. И никак иначе.
Разумеется, Таня весьма скептично отнеслась к таким соображениям. Ну а мне её способ совсем не помог. Хотя чисто психологически я представляла его логику. Тогда как же чисто психологически расшифровать мой выбор?
– Отлично, Сона, – послышался голос Шона откуда-то снизу. Очнулась. И в ту же секунду зажмурилась. – Давай теперь пробовать двигаться в такт.
Зря очнулась. Снова страшные ощущения. Внутренности сжимаются. Но не от представления воды и плота, а от вполне реального болтания в воздухе. А ещё боль. Страховочная конструкция обвита вокруг моего тела, она прочно держит талию. Все извороты и движения сопровождаются каким-то неприятным трением и болью.
– Представь, что ты летаешь. Расслабься, – снова мягко произнёс Шон. – Ты не должна давать ей такие сложные вещи, – тут же буркнул он Нике. – Она даже не застрахована. Случись что, агентство оторвёт нам головы за свою звезду.
– Агентство её и застраховало, – фыркнула Ника, отошедшая к Мие, такой же висящей в воздухе.
Но Мия смотрелась куда эффектнее и увереннее меня. Она вообще весьма талантливый и способный танцор. Ей всё давалось легко. Девушка от природы была гибкой и ничего не боялась.
– К тому же сейчас любое необычное появление Соны всем только на руку. Или ты думаешь, – Ника ехидно ухмыльнулась, покосившись на Шона. – Что это, – она неопределённо махнула рукой в сторону техники и нас, – не согласовано с её руководством?
– Леон в курсе? – округлила я глаза и дёрнулась, сразу же крутанувшись в воздухе.
– Да, именно поэтому у нас будет возможность потом всей командой репетировать в вашем обалденном тренировочном зале.
– Поэтому мы выступаем после нового года в еженедельном шоу центрального телеканала? – тут и удивлённая Мия подала голос.
– Нет, – рассмеялась Ника. – Это моя личная договорённость с телеканалом. Вы думаете, "Спарта" без "W" ни на что не способна?
– Способна, ещё как, – я попробовала сделать нужные движения, сосредоточившись на собственной боли. Она отвлекала от лишних переживаний. – Просто обо мне пишут всякое, и гадости всегда затрагивают вас. Например, многих интересует, почему я бросила “Спарту” и попала в крупное агентство без всяких длительных стажировок, страданий и неудач. Что-то же тут не так.
– Правильно. А теперь обратно, – Шон не отвлекался, комментируя мои движения и продолжая жестикулировать.