Мы вышли на улицу, где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что впереди проезжая часть, и где-то там меня ждёт Юрима, а Таня идёт позади. Но я захотела пойти к аллее, которая вдоль дороги. Необходимо пройтись, освежить голову, привести мысли в порядок.
− Жаль, что у тебя к семье, какой-никакой, такое отношение. Отец хотел сделать приятное. Он переживает за тебя, чувствует вину, как и мы с бабушкой. Никто не желает тебе зла.
− Приятное? – истеричный смех так и рвался наружу, подпираемый волнами сарказма. – Ну да, конечно. Приятно знать, что вы, наконец, перестали считать мою деятельность позорной, мешающей вам. И обратили свой светлый лик в мою сторону. Едва ли три месяца назад хоть кто-то из вас знал, где находится это агентство и как зовут его владельца. А сейчас… надо же, сотрудничество от моего имени, − усмехнулась, снова бросив отчаянный и едкий взгляд на деда.
Никас Ривера шёл бодрым шагом к автомобилю и стоящему наготове водителю. На мою реплику он лишь тяжело вздохнул, махнул рукой и бросил на прощание:
− Не будь неблагодарной.
Что?
Я снова открыла рот как рыба, выброшенная на берег.
Неблагодарной?
То есть эта королевская семья оказывает милости, а я – неблагодарная подданная. Да-а, гореть мне синим пламенем.
Пронзительный холодный ветер напомнил, что одета легко и совсем не для прогулок, но он же и освежил. Ярость потихоньку утихала, слёзы, что так и норовили вылиться, уже передумали. В душе просто поселился мрак. Но я упрямо шагала вперёд, пока где-то рядом не просигналила машина. Громкий звук заставил обратить внимание на источник. Стекло опустилось.
Ши.
Не раздумывая, села к нему, но говорить не хотелось. Он куда-то повёз, и я позволила себя увозить, хотя телефон уже разрывался от звонков перепуганной Тани.
Эгоистка. Неблагодарная эгоистка. Что тут говорить. Раз дед так сказал, значит, нужно поддерживать статус.
Но Таня ведь не причём, нельзя срывать на ней свою злость и отчаяние, заставлять её волноваться. Я тяжело вздохнула и посмотрела на мигающий экран. Таня, график, съёмки… всё это не должно лететь в тартарары из-за моего глупого сердца.
− Ну и семейка, − огненный монстр остановился, отъехав на некоторое расстояние от агентства. – Так ты из семьи политиков? Неожиданно, − ухмыльнулся он, тряхнув головой.
− Неожиданно… − согласилась я, кусая губы от жуткого ощущения неловкости. – Шерил.
Тут же сжала их в тонкую линию и отвернулась к окну, чувствуя, как новая обида застилает глаза и прожигает внутренности. Мы, вроде бы, знакомы не первый день, я даже могу утверждать, что испытываю к этому мужчине какие-то чувства, но ощущение, будто мы только познакомились. И знакомство оказалось неудачным.
− Не слышу радости в голосе, − сухо донеслось в ответ.
И почему сегодня все ожидают от меня радость? Решительно не понимаю.
− Не притворяйся, будто расстроена, узнав, кто я. Если бы я на самом деле оказался сыном сантехника, ещё ладно. Но тут другая ситуация, − произнесённое Ши повергало в шок. Слово за словом, яд за ядом. − Ты недавно обсуждала, с кем спишь. Так вот да, прикинь, ты реально спишь с владельцем этого агентства. С одним из.
Я усмехнулась. Шуточный тон выдавал в нём истинного весельчака. Ну-ну, интересно, почему это ему вдруг захотелось повеселиться.
− Не стоит так, сантехник – достойная профессия. Не каждому под силу, – в ответ на его провокации и игры мне оставалось лишь язвить.
− А владельцы агентств – грязь под ногтями? И эта грязь тебя не устраивает? – Ши будто чувствовал, что ему стоит защищаться, поэтому изначально перешёл к нападению.
Я никогда не хотела скандалить с ним. Ни разу не высказывалась и не выдвигала никаких претензий. Но сегодня… этот яд… жгучий и противный яд, срывавшийся с его языка, снова заставлял ярость кипеть внутри. И впервые захотелось устроить скандал. Предъявить хоть что-то.
Неужели у Ши наступает тот самый переломный момент? Иначе почему бы столько яда…
Неужели, у него только сейчас наступил страшный момент осознания, что мы зашли далеко, и пора определять позиции, расставлять ценности? Этот момент тяжёлый, ведь в процессе возникают ощущения потерянности. Но предстоит найти себя и чем-то пожертвовать ради того, что хочется приобрести.
Я пережила этот момент на расстоянии от Ши с Ианом. Моим полем боя при выборе приоритетов и ценностей стало бушующее море с утонувшим кораблём. А плот – основой, благодаря которой выбор был сделан. Именно поэтому сейчас внутри пылала ярость и обида. Ведь мой подсознательный выбор – они. А самый главный гость в душе, предопределяющий все мои глупые поступки – страх.