– И тут же они называют популярность "Спарты" полностью зависящей от "W".
– А, – Ника вновь отмахнулась. – Забей. Успех успешный никогда никому не интересен. Всем подавай драмы и грязное бельё, всем хочется что-то пообсуждать и посплетничать. Я нормально к этому отношусь, за эти три месяца кто только не обсуждал наше расширение и твой уход. Контекстов было столько… и ты – сволочь, и мы – тупые да бесталанные, ничего не заслужили.
– Вот гады! Что значит, не заслужили?! А судьи кто? Диванные эксперты? – возмутилась я, снова неудачно крутанувшись в воздухе.
– Не отвлекайся, Сона. Ника, перестань вести беседы. Давайте уже работать, – строгий голос моего напарника заставил нас умолкнуть, и мучительная тренировка продолжалась.
К вечеру болело всё тело, а талия оказалась в синяках. На следующее утро крепатура напоминала о себе в каждом движении, но спасало предвкушение и ожидание предстоящего мероприятия.
2.2
В тринадцать часов у меня маникюр, в пятнадцать – макияж и причёска, в восемнадцать уже красная дорожка, на которой появлюсь в сопровождении Иги. Так как приехала на пару дней раньше и ни с кем не общалась, посвятив себя лишь маме, Варгу с Карой и тренировкам, то не знала, кто ещё из наших будет на церемонии.
И не хотела знать. Пусть будет двусторонний сюрприз. Запретила себе даже заглядывать в интернет, чтобы ненароком информация сама не попалась на глаза. В любом случае в полночь после мероприятия будет вечеринка, на которой, скорее всего, окажется много знакомых. "Драконы" в городе, никаких отъездов им не предстояло. А они известные тусовщики, такие вечеринки не пропускают.
Это всё, что знаю. Это всё, на что рассчитываю.
Пальцы ног и рук покалывало, от нервов иногда скручивало живот. Таня возилась со мной весь день, развлекая своей болтовнёй, но это не спасало. Предвкушение внутри так съедало, что не знаю даже, какое именно из событий заставляло нервничать. Сама церемония награждения и номинация? Факт того, что появлюсь на красной дорожке, где мечтают оказаться, наверное, все девочки в детстве? Или вероятная встреча с Ианом и Ши…
Блин. А вдруг их не будет? Вдруг они даже не увидят меня на фото и видео в шикарном наряде?
Вдруг даже и не узнают о том, что я номинирована?
Сона, чёрт! Почему тебе так важно, чтобы они всегда всенепременно смотрели на тебя?
Видели твой танец, новый образ, выступление, появление где-либо? Чтобы понимали смысл, оценивали по достоинству… Чтобы в их взгляде промелькнуло одобрение. Гордость.
С каких пор ты ждёшь чьего-то одобрения?
Ах этот дурацкий эмоциональный диапазон!
Стилисты подобрали два наряда на сегодняшнюю церемонию. Первый для появления на красной дорожке, второй на само мероприятие.
Первое платье простого покроя: чёрного цвета, длинное, красиво подчёркивающее грудь и выделяющее талию при помощи причудливых кружевных узоров. Они обвивали зону декольте и талию, спускаясь потом к пояснице. Где-то с середины бедра начинался вырез, он предоставлял возможность нормально ходить и открывал вид на длинную ногу. К нему полагались чёрные туфли с высокой платформой и каблуком, а также небольшая сумочка-клатч. Этот образ делал меня элегантнее и солиднее. Длинные объёмные ровные волосы просто спадали на плечи и талию. Ими так гордились все мои мастера, что не шло и речи о замороченных причёсках.
Второе платье, в котором уже буду сидеть в зале, отличалось от первого и цветом, и фасоном. Нежно-жёлтое, с коротенькими рукавами в виде фонариков, воротником-треугольником и объемным лифом, который перехватывал широкий поясок прямо под грудью, после чего ткань платья свободно струилась до самых щиколоток. Ничего не обтягивало, никаких вырезов. Этот образ делал меня нежнее и женственней. В перерыве после появления на красной дорожке и перед началом церемонии волосы планировали немного подкрутить на концах, а сверху хорошенько начесать – сделать более небрежный объёмный вид.
Уже сидя в машине с Иги, я поняла, что так не нервничала ещё никогда. Даже перед выступлениями в туре "Драконов".
Руки были холодными, хотелось в туалет, хотя за день я туда сбегала миллион раз. В том числе и перед поездкой. Таня сунула в клатч успокоительное средство, но оно не помогало. Я выпила целых две таблетки…
– Так. Вдохни и выдохни, – Иги заметил моё состояние слишком поздно, когда мы уже почти подъехали, и предстояло выходить к камерам и журналистам. – Надави на подушечки больших пальцев, – велел он, после того, как я сделала глубокий вдох и судорожный выдох. – Подержи так некоторое время. Речь подготовила?