– Почему вы не можете просто любить? – снова вырвался глупый вопрос. Сейчас услышу смех.
Но в трубке послышался лишь вздох.
– Любви нет. Есть только зависимость. И едва мы её ощущаем, начинаем сходить с ума. Зависеть от кого-то очень неприятно, – голос Кая наполнял какой-то тоской. Он был ровным, но звенящим как сталь. Откуда мой маленький брат набрался всего этого? – Смотреть только на неё, хотеть только её. Дышать ею. Думать постоянно. Это делает нас слабее. А кому приятно быть слабым? Проще трахать всех подряд, не зацикливаясь ни на ком, зато контролировать всё в своей жизни. Хотя бы мысли и желания. Если с тобой кто-то ведёт себя слишком нелогично, пытается делать больно или, наоборот, слишком равнодушен, значит, он уже зависим.
– Тебе это знакомо? – спросила я, всерьёз задумываясь о брате. Как же плохо мы знаем друг друга. Почему я позвонила ему и почему он говорит мне такие вещи? Все случайности не случайны.
– Зависимость от человека? – горько усмехнулся он, но тон остался по-прежнему ровным. – В каком-то смысле да.
Наверное, я слишком слепая. Зацикленная только на себе. Не знаю брата, даже не заметила, как он вырос и стал таким…
Почему раньше не замечала, как за его ярким вызывающим поведением кроется что-то иное? Точнее, замечала, но не воспринимала всерьёз. Быть может, Ника права? Я бездушная. Не обращаю внимания на близких людей.
Кай. Он…
Он моё больное и слабое место. Поэтому я предпочла отгородиться от него, абстрагироваться. Не видеть, не слышать, не знать.
А теперь и Ши… Я вдруг перестала узнавать драконов дальше. А ведь изначально пыталась понять, стать по-настоящему ближе. Сейчас же предпочла просто закрыть глаза, существовать только в своём мире. Придумала всем нам роли, а к действительности снова осталась слепа.
Что происходит с Ши? Что за дебильный дешёвый спектакль? Он и впрямь чувствует какую-то зависимость? Пустоту?
Не знаю… Кай прав в одном. Секс – просто физиологическая потребность. И наши взаимоотношения с Ианом и Ши совершенно не предполагали какие-то ограничения. Хотя бы одной простой вещью – мы ничего друг другу не обещали.
Мы встречались, когда хотели. Спали, когда хотели. А потом забывались в своих делах, забывая друг о друге. И вся моя злость – она лишь на саму себя. На собственную слепоту и жизнь в розовых фантазиях. Заигралась.
Глупая Сона. Думала, что самая умная. Что "раз" и эти мужчины станут моими. Что я приручу их и стану для них всем. А как же ответственность за это?
Ах, мои глупые философствования, идиотские тараканы, гениальные рассуждения об играх между мужчинами и женщинами, планы отомстить, сделать ловушки...
Кажется, только что Сона Ри попала в собственную ловушку. Кого в этом винить? Глупого Ши?
– Где ты? Я приеду.
– Не надо, – вяло отозвалась, смахивая вновь подступающие слёзы.
Ненавидеть себя буду в гордом одиночестве.
Сбросила, вызвала такси, попутно просмотрела уведомления: много пропущенных звонков от Иана. И даже от Ши.
Что он сейчас может мне сказать? Всё уже испорчено. Им, мной. Даже вечно молчаливым Ианом.
Толком ничего и не построилось, но всё уже жутко разрушено, как та бедная скульптурная фигурка. Не успела быть подаренной, как сразу разбилась.
Нашими руками. Я отпустила, он не словил.
Спал ли монстр с Шерри. Восполнял ли ей пустоту. Избавлялся ли от зависимости. Плевать. Так больно от всего происходящего, что даже не важно, какая у него основа и что произошло на самом деле.
С этой моделькой они были близки ещё до нашего знакомства, и даже этот факт я не делала оправданием её существованию рядом с Ши.
Она не имела права.
Он совершенно не имел права.
Я абсолютно не имела права.
Плевать. Так больно, как не было ещё никогда. Даже Грант, даже отец… Никто, ни один человек не являлся причиной такого сильного уничтожающего ощущения. И ещё больнее осознавать, что на самом деле этим человеком являлась я сама.
Ненавижу.
Что делать дальше?
Зачем заигралась? Причём в ту игру, где могла проиграть. И ведь проиграла.
***
Иан вздохнул от облегчения, обнаружив Сону спящей на кровати в студии. В их студии.
Она свернулась клубочком и беспокойно дышала, но спала.
Сигнал от её мобильного не соврал. В безопасности, дома. Опасность ей угрожает, только если рядом они.
Мужчина подоткнул плед, бросил последний взгляд на спящую девушку и вышел, закрыв за собой дверь. Он не знал, что Сона не спала. Не знал, что отчаянно хотела, чтобы её обняли и остались рядом, согрели собой, ведь она так замёрзла, обессилела от бесконечного нытья.