Нет сил. Нет даже желания искать силы. Искать смысл своему существованию. Зачем он жил все эти годы?
Да... стремился исполнить чужую мечту. Мечту погибшего друга. Стать известным, великим, популярным, утереть всем нос.
Стал. А толку? Друга это не вернуло. И смысл в жизни тоже не нашёлся. Хотя, чёрт побери, где-то в глубине души Ши именно на это надеялся в самом начале. Тогда казалось, если они всё сделают, если пересилят себя, если добьются, тогда будет смысл. Будет победа. Будет настоящая жизнь. Гибель друга не останется такой глупой, его мечты не умрут никогда, всё будет не зря.
Как же Ши ошибался. Всё было зря. Изначально.
Селена постоянно просила вспоминать, какой уровень был у них раньше и какой стал сейчас.
Раньше?
Тогда гонка только началась. Раньше агентство состояло только из них, ставка делалась лишь на них. Потом появились другие артисты, приходили-уходили. Кто-то остался и тоже включился в гонку.
Вот уже десять лет карьеры позади, а они всё никак не могут выйти из игры. Уже всё всем доказали. Прошли всевозможные уровни.
Но что дальше?
Звук утихает, свет меркнет. Все фанатские крики и суету накрывает более громкая пустота.
Ши иногда думал, что он тоже умер, ведь во всём видел пустоту. Наверное, это те самые глаза смерти, преследующие его многие годы.
Пустота заключалась в отсутствии смысла. Зачем он поёт, пишет стихи, сочиняет новые песни, ходит на дурацкие тренировки, заключает новые контракты, делает деньги? К чему всё это? В чём фишка? Какая надобность?
Не понятно.
Есть только она. Эта зачарованная танцовщица, которую он пленил. Сейчас слой глины разрушится, и она выйдет из плена. Коснётся его своей тёплой ладонью, и он забудет про то, что во всём нужно искать смысл. И не будет расстраиваться от того, что никак не находит.
Сейчас… осталось совсем немного. Она вырвется. Она придёт.
Шаги за дверью, шорох, и сердце пропустило удар, а рука застыла в воздухе.
Пришла? Она здесь?
Ши обернулся по сторонам и быстро накинул на незавершённую скульптуру плотную ткань, ощущая дикий испуг на грани паники и наступающий на пятки адреналин. А ещё ту самую глупую надежду и мрачное предвкушение.
Она? Это ведь она?
Нет, Ши не умер. Пока его личная смерть-пустота сбегает, едва одна маленькая и шумная режиссёр мелькает на горизонте, он жив.
Жив просто потому, что есть шанс на её появление на его горизонте.
Но нестись навстречу и проверять свои догадки огненному монстру помешал страх и невыносимая тяжесть в груди. Он застыл на месте, будто сам превратился в статую, и забыл, как дышать.
6.2
Восемь вечера. В студии я находилась с пяти. За всё это время на первом этаже не было никого. Ни один глупый монстришка не спустился со второго этажа, не обнаружил гостью, не выказал недовольства или радости.
Всё помещение вообще походило на Содом и Гоморру. Повсюду разбросаны вещи, на кухне горы грязной посуды. Не студия, а тупо холостяцкое жилище. Бывала я в таких… Шон тоже не особо жалует порядок. Но тут…
Тут обычно было чисто, всё сверкало, ни одной брошенной вещи. Тем более грязной посуды и одежды.
Так как никто не сопротивлялся, я быстро навела порядок. Подумала, что хозяин спустится, пока буду в процессе работы, и это окажется проще для меня, чем… чем самой подниматься и искать его в личных покоях. Но…
В итоге я всё-таки стояла на лестнице, гипнотизируя ступеньки и сжимая перила.
Тишина. Полнейшая и съедающая нутро. Ши наверху. Что он там делал, я так и не поняла. В голове звенели наказы Иана. Накормить. Привести его в себя.
Только вот как? Что делает Ши, в каком он настроении? Что ему говорить? Постучать или сразу войти? Что делать, если дракон не отреагирует? Или накричит?
Короче! Да пошло оно всё. Я же взрослый человек. Почему дрожу как осиновый лист? Взметнулась по лестнице, споткнулась обо что-то на последних ступеньках, чуть не кувыркнулась вниз, ругнулась про себя, отдышалась и дальше дело пошло легче.
Дверь из мастерской Ши вдруг отворилась сама, когда я приблизилась.
– Ты пришла, – раздалось в качестве приветствия, а в проходе застыл огненный монстр. Он не спрашивал, не обвинял, не казался довольным или нет. Он лишь констатировал факт. Я утвердительно качнула головой, глотая ком в горле.
Выглядел Ши плохо. Дико непривычно. Таким я его ещё никогда не видела. Волосы оказались ужасно растрёпанными и неуложенными, немного отросли. Щетина из позволительно-небрежной превратилась в попросту неухоженные усы и бороду. Под глазами выделялись яркими полосами круги. Расстёгнутая рубашка вся в пятнах, кое-где даже порвана и потёрта. Штаны длиной чуть ниже колен казались такими широкими и большими, будто сейчас свалятся с тазовых костей. А ноги торчали из них худыми палками. Широкая свободная ткань подчёркивала эту худобу, ставила на ней акцент.