Я чуть вздохнула, когда мы проехали поворот в сторону Маришиного загородного дома. Она, как будто слыша мои мысли, недавно написала мне – я увидела сообщение на телефоне: «Какие планы на выходные? Мы уже в коттедже. Приезжай». Моя сестра тоже пишет «мы», правда, у нее это временно. А у меня, похоже, на всю жизнь. Мои мужчины не отучили меня верить в любовь. Пытались, но не смогли.
– Тебе чай какой заварить? – Маришино улыбающееся лицо появилось на мониторе моего телефона. Я успела увидеть, как ее аспирант – даже не хочу запоминать, как его зовут, нет никакого смысла – помахал мне рукой из-за ее спины. Что за страсть к молодым! О чем можно с ним говорить? Он человек другого поколения. Я могла бы спросить Маришу, насколько он младше ее, но не буду.
– Чай? В смысле?
– А разве ты не едешь ко мне?
– Откуда ты знаешь?
– Значит, зеленый с имбирем и лимоном? Или улун?
– Я не еду, Мариш, я только собиралась к тебе. Как ты узнала?
– Да как обычно, Лёль, другим зрением.
– Я была рядом. Там, знаешь… не важно…
– Я в курсе.
– Ты знала, что мы поедем смотреть тюрьму? Это, конечно, ты помогла Эварсу получить пропуск?
Эварс кивнул вместо Мариши.
– Лёля, я честно не знала, в какой точно день он поедет. И не знала, что ты поедешь зачем-то вместе с ним. Просто я часа два назад почувствовала, что ты где-то рядом.
– Это правда. Но сейчас мы уже подъезжаем к дому.
– Хорошо, ладно… – задумчиво проговорила Мариша и отключилась.
Эта удивительная способность моей сестры иногда пропадает. Мне кажется, она обостряется, когда со мной что-то не в порядке или ей так кажется. Почему она обострилась сейчас – непонятно. Более счастливой я никогда не была. Разве что в самые первые дни и недели общения с Сашей. Я не хочу больше выспрашивать ни у Мариши, ни у Эварса, как точно они познакомились, какую роль здесь играла моя мама. Если человек почему-то не хочет тебе говорить правду, подумай, почему. Я понимаю, что ничего интересного я не узнаю. Изменить мое отношение к Эварсу не может ничто. И самое главное – мне в принципе сейчас все равно. Ведь главное – что мы встретились, главное, что мы вместе.
Я понимаю, что мне нужно готовиться к переезду. Эварс не ищет здесь работу. Эварс когда-то уедет домой. И я уеду вместе ним, потому что мы с ним одно целое. Потому что мне с ним лучше, чем одной.
Когда-то Мариша ответила мне на вопрос, почему она не хочет выходить замуж за чудесного, с моей точки зрения, человека, который три года подряд за ней ухаживал, Мариша с ним встречалась, но о замужестве слышать не хотела. Она мне четко ответила: «Я выйду замуж за человека, с которым мне будет лучше, чем одной». И это при том, что Мариша в принципе не любит быть одна. Рядом с ней обычно мелькает какой-то воздыхатель или просто ловкий аспирант, как сейчас (не уверена, что он искренне влюблен в мою сестру). А если никого нет, то она ездит ко мне, зовет меня на выходные, потому что ей кто-то нужен. Но для постоянной жизни никто не подходит. А мне – подходит. Вот этот веселый, приятный человек, который смотрит на меня с обожанием, понимает каждое мое слово и чувство, который меня любит так же, как я его.
Глава 28
Когда любишь, каждый день наполнен смыслом. Когда любишь и любят тебя в ответ – смысл этот переполняет тебя. Я никогда не была так счастлива. По пути на работу мне сегодня встречались только приятные, красивые, доброжелательные люди. Юлечка показалась невероятно милой в темно-сером мешковатом платье, которое она носит с тех пор, как ее вероломный любовник опять пропал. Первый же посетитель попытался было разрушить прекрасное настроение, но это у него не получилось.
Человек, измученный двухлетним спором с хозяевами московских парковок, пришел ко мне за добрым советом. Два года он пытался оспорить штраф в пять тысяч рублей, который ему выставили случайно за оплаченную парковку в Москве, куда он съездил на своей машине, чтобы сэкономить на билете на поезд. Уже и суд был – мировой судья присудил человеку устное взыскание, непонятно за что, но, главное, письменно подтвердил, что у мужчины есть все документы, подтверждающие его правоту. Но судебные приставы тем не менее взыскали с него одиннадцать тысяч рублей, пять как ошибочный штраф, тысячу – за свое беспокойство и труды, а еще пять – повторно, просто случайно.
И вот шестидесятипятилетний мужчина пишет, ходит, еще пишет, еще ходит, пытается доказать, ругается, и ничего не может доказать. У него на нервной почве началась чесотка, он плохо спит, пьет успокоительные таблетки, от них вяжет во рту и болит желудок, он пьет другие таблетки, от них болит кишечник и гудит в голове, он пьет травяные настои, от них стало вроде получше, но появилась горечь во рту и нет аппетита. Жена живет у детей в другом городе, растит внуков, сочувствует мужу, но на расстоянии и не очень сильно. А мужчина живет с двумя собаками, которые одни его понимают. И он пришел ко мне, потому что ему посоветовала соседка, которой я когда-то помогла некими советами.