Выбрать главу

— Это факелы, — сказал Рэм.

— Я понял. Господи, сколько их! Неужели… неужели мы опоздали? Ну что ж, Конахан. Если я правильно понял, ты еще не предупредил гарнизоны Вейса и Арсана. Валяй, пусть тебя черти уносят. А я пойду к своему клану и умру вместе с ним.

— Если тебе очень повезет, они распнут тебя на воротах, но, скорее всего, до ворот тебе не добраться.

— Что ты предлагаешь?

— Если ты не будешь мне очень мешать, мы с тобой вместе попытаемся вытащить Марию.

—..?!

— Только, бога ради, давай без лишних вопросов. Надеюсь, я не настолько помял тебя, чтобы ты не смог бегать?

— Говори, что ты затеял!

— Сейчас мы с тобой наперегонки побежим вон к тому холмику. До него мили три.

* * *

Конахан был несколько в лучшей форме, но Джек не желал признавать себя побежденным, а потому, как только вечные соперники ощутили под ногами желанный холмик, оба рухнули на него, зарывшись носами в ржавую, колючую осеннюю траву.

— Стоит ли переносить соперничество в сферу интересов жизни и смерти? — задыхаясь, спросил Рэм.

Прерывистое дыхание Джека подтвердило, что вопрос остается риторическим. Пока Рэм шарил в окрестных кустах, он лежал, ожидая, что все тайсы сбегутся на стук его сердца. Приглушенный радостный возглас Конахана привлек его внимание:

— Есть! Как они там?

— Они замкнули кольцо, если судить по огням.

— Они разбивают лагерь? Кучкуются возле больших костров?

— Мм… Не похоже. Огня много, но факелы не гаснут.

— Худо, — решил Конахан. — Значит, будут штурмовать с ходу. У нас еще меньше времени, чем я предполагал. Кончай валяться и помоги мне, я никак не могу найти подходящий рычаг.

Вдвоем они без особого труда вывернули из гнезда указанный Рэмом валун. Из темного провала под ним пахнуло подземельем.

— Какая пошлость! — возмутился Джек. — Когда мне попадался роман, где герои должны были пробираться по подземным ходам, я его выбрасывал.

— Ко мне какие претензии? — огрызнулся Рэм. — Не я же его писал. Валяй вперед, да поживей. Там, на лестнице, факелы, и чем быстрее ты их разожжешь, тем больше у нас шансов успеть вовремя.

* * *

Цепляясь за каждый выступ, Джек бежал впереди, время от времени чертыхаясь от особенно болезненных ушибов. Следовавший за ним более крупный Рэм двигался гораздо увереннее. Довольно часто по стенам основного тоннеля встречались темные проемы боковых ответвлений. Джек слышал, как Рэм вполголоса считает их.

— Эй, где это мы?

— Ты слыхал когда-нибудь о катакомбах Крисборо? Это секретный ход для эвакуации важнейших лиц, а боковые ветви ведут вниз, туда, где добывали известняк. Проходя под городской стеной, катакомбы соединяются с канализацией. А по ней мы можем попасть в любую точку города.

— Откуда ты все это знаешь, Конахан?

— Крисборо — и мой родной город, если помнишь, — резко ответил Рэм.

Джек обернулся.

— Послушай, Конахан. Я не буду говорить, будто возмущен тем, что ты убил моего брата Каспера. Более того, я удивлен, что ты не убил меня, когда тебе представилась такая возможность. Я, разумеется, не забываю, что мы — кровники, и что ты идешь позади меня с оружием в руках. Я помню также, что из-за тебя несчастна моя сестра, и что ты желаешь зла всем Драммондам. Я надеюсь, хотя это и глупо, что ты поможешь мне спасти Марию. Но, Конахан, если ты держишь в уме что-то подлое насчет нее, тебя проклянет сам бог.

— Прекрати молоть чушь и двигай ногами! — рявкнул Рэм.

Вскоре галерея, по которой они двигались, расширилась. В полу появилось углубление, в нем журчала неважно пахнущая жидкость. Из возникавших все чаще ответвлений тоннеля в основной поток вливались новые и новые ручейки.

— Сейчас мы идем под главной улицей, — объяснил Рэм. — Каждый боковой тоннель — это перпендикулярная улица. Ты когда-нибудь был здесь?

— Не имел пристрастия к клоакам! Слушай, а ведь так можно подобраться к самому Драммонд-Холлу?

— И не только подобраться, — хмыкнул Рэм.

— То есть?

— Увидишь.

— Сколько народу можно было бы вывести!

— У нас нет времени организовывать спасательные экспедиции. К тому же, будучи проведенными в особо крупных размерах, они неизбежно привлекут к себе внимание кочевников, и все хлопоты по спасению мирного населения пропадут впустую. Их порубят в чистом поле. Эй, сейчас налево!

— Это Ипподромная, да?

— Нет, это Коммунале. Ипподромная следующая. Теперь вверх.

— Послушай, сколько времени мы уже здесь? Часа три? Что, если город захвачен?

— Неважно. Ваш клан наверняка стянется у Драммонд-Холла. Они для нас его подержат.

— Послушай, может быть, мы могли бы спасти не одну Марию, а хотя бы часть клана?

— Это было бы забавно… — от возникшей вдруг в голосе Рэма интонации Джека бросило в дрожь.

— Здесь поднимемся! — отрывисто приказал Рэм.

Они взбежали по ступенькам, выбитым в известняковой стене, и, упираясь ладонями и спинами, сдвинули чуть-чуть в сторону массивную каменную плиту. Рэм бросил туда один только взгляд и отскочил обратно, витиевато выразившись насчет хилости этих хваленых Драммондов. Щель открывалась в сад, и теперь, как только она была открыта, подземелье загрохотало сталью и воплями резни, в которую перешел бой, достигнув этого богатого, полного беззащитных людей дома.

— Быстрей! — заорал Рэм. — Молись, чтобы она была в спальне!

Молодые люди вихрем пронеслись по каким-то темным тесным коридорам, извивавшимся вверх и проходившим, как догадался Джек, в толще стен его родного дома.

— А если ее там нет? Конахан, я не уйду без нее!

— Я тоже.

Эта щель распахнулась неожиданно быстро, и как нельзя более вовремя. Отчаянно кричавшая девушка билась в руках двух узкоглазых кочевников.

Первого пронзила стремительная шпага Джека. Смерть второго была жестока. Если бы он когда-нибудь видел стальную пружину, он в последний миг своей жизни знал бы, с чем сравнить этот молниеносный удар тяжелым трехгранным кинжалом, вошедшим, пробив кость, через нижнюю челюсть в мозг.

Девушка в полуобмороке сползла на пол. Джек в один момент закутал ее в плащ и подхватил на руки. Рэм в это время высвобождал из черепа трупа свой любимый кинжал.

— Она в порядке?

— Жива. Уходим, Конахан.

И это они тоже сделали весьма вовремя. В закрывающуюся щель полезли всякие колющие и рубящие предметы, но Рэм, ухмыляясь, освободил какую-то секретную пружину, и под ее неодолимым давлением щель закрылась, не оставив за собой ни малейшего следа.

— Не откроют? — поинтересовался Джек.

— Не догадаются. Строилось как раз на сегодняшний случай. Но нам лучше поторопиться, если мы хотим исчезнуть из города до рассвета. Уйти лучше сейчас, пока они мародерствуют. Давай, я ее понесу.

— Убери лапы! — рявкнул Джек.

— Но я сильнее.

— А я — ее брат. И тебе, учти, доверяю меньше, чем кому бы то ни было.

— Ну, ты мне польстил.

Через двадцать минут Джек стал пошатываться.

— Ты ее уронишь! Или зашибешь. Стоило спасать, если ты вот-вот раскроишь ей череп. Возьми факел, — авторитетно распорядился Рэм. — И свети.

— Послушай, если я замечу с твоей стороны хоть малейшее неуважение к ней, я…

— Парень, тебе было бы лучше родиться немым.

Несколько раз на протяжении обратного пути они сменяли друг друга, скорее по настоянию Джека, потому что крепкий Рэм не выказывал ни малейших признаков утомления. Потом Мария запротестовала, заявив, что хочет идти сама, но, сделав несколько шагов, опустилась на пол уже в настоящем обмороке, и вопрос был снят с повестки дня.

Оставив спутников в устье подземного хода, Рэм бесшумнее тени спустился с заветного холмика, четверть часа где-то пропадал и вернулся с тремя тайскими лошадками, оказавшимися, как ни странно, вполне послушными. Джек подумал, что этот парень, должно быть, видит в темноте.