— Это лирика! А вот на Андрея действительно навалилась реальность и как туманом окружила вопросами. На них, хочешь, не хочешь, надо было, отвечать. Главный. С чего начать?
— Перекусив остатками вчерашнего пиршества, Андрей принял решение, организую, ка Я, себе экскурсию по Москве, когда еще выпадет такая возможность! Так и сделал. Оделся легко, на улице светило солнце, Вообщем все располагало к экскурсии, по городу.
— И отправился на встречу с неизвестным городом. Заглянул в почтовый киоск, купил путеводитель по «Москве». Побывал почти везде, где в первую очередь, посещают туристы, Красную площадь, Ленинские горы, Новодевичий монастырь и многое другое, да и просто гулял по центральным улицам, заходя даже в мелкие переулки, неприспособленные для туризма и естественно заблудился, но вскоре по счастью выбрался на главную улицу!
— Третья ковку и другие, отнимающие массу времени объекты, остались до лучших времен, то есть с напарником или с напарницей, как получится. К вечеру, практически выбившись из сил, немного, как и положено поплутал, пока искал улицу и дом, откуда вышел утром.
— Почти сразу зазвонил телефон, в трубке с плохо скрываемым недовольством послышался голос профессора, где ты бал весь день? Я тебе обзвонился, не дав вставить Андрею слово, продолжал, в следующий раз звони и сообщай, где ты находишься!
— Нельзя же так поступать, с людьми, которым попросили тебя курировать, в таком огромном городе, все, что угодно может случиться! Выпустив пар, профессор спросил — ты в порядке? ты ел, что ни будь?
— Извините меня, пожалуйста, Москва кому угодно вскружит голову, Я не исключение, был подвержен атакой, притягательными соблазнами города, вылетело из головы позвонить Вам (товарищ Астахов), такое больше не повторится!
— Можешь звать меня просто «профессор», ты ел, что ни будь? Я перекусил бутербродами на ВДНХ, а сейчас буду пить чай, если позволите! Ни ёрничай такие словесные обороты ни к чему, учись говорить со старшими без сарказма, понял?
— Да, конечно, виноват исправлюсь, товарищ, профессор! Как то мне пока, не совсем комфортно. Много протопал по Москве пешком, и в довершении всего, в чем мне стыдно признаться, заблудился и искал этот дом не менее чем час!
— Завтра утром в девять часов, жду твоего звонка. Поздравляю тебя с первым днем, проведенным в Москве. Смотри больше не передвигайся по городу, прежде чем не сравнишь название улицы по которой идешь с той что на карте города. И имей всегда в кармане несколько монет для телефона-автомата, в случае чего звони.
— Поужинав, теми вкусностями, которые Андрей купил по дороге домой (как-то непривычно, слово домой, его дом на самом деле за две тысячи километров), залез в ванну, долго нежился в воде, с комфортной температурой, вот и вторая ночь в Москве, понемногу привыкну.
Глава 4
Для Гари, время текло, совершенно незаметно, текло оно, параллельно росту физическому. Совершенствовалась и росла его мозговая активность. Для него уже не стало проблем разобраться в самых сложно переплетенных математических вычислениях, а как известно без математики невозможно решить ни одной задачи по физике!
— Гари довел до совершенства свое объемное мышление, которое позволяло ему решать, самые сложные задачи, по физике и математике и решались они, одним махом, совсем мало тратя время на само решение, хотя выводы теорем и задач, выстраивались в строгую логическую линию, но давалось это не так легко как само практическое доказательство в эксперименте.
— У него появились надежные друзья по своему курсу, и он действительно мог на них положиться, такие друзья должны быть вместе, проверять их необязательно, они надежны как скала, проверено на практике, ими, Гари очень дорожил.
— При малейшей надобности в его помощи, он всегда был готов оказать ее, в любой момент и безотлагательно. При этом серьезном учебном учреждении находился научный центр, включавший в себя множество направлений современной физике.
— Ему самому нравилась молодое еще неокрепшее направление физике «квантовая механика» его привлекало, в первых в его представлении очень красивое сочетание слов, что-то старое и что-то новое, а самое главное, что она изучала микромир, к которому Гари неровно дышал.
— Профессор, зная о его интересе в сфере этой науки, всячески поддерживал Гари. Ему, все больше и больше времени, приходилось уделять занятиям в колледже, его стало катастрофически не хватать. Конечно, Гари уставал.
— Но молодой организм неизбалованный городскими излишествами, легко выдерживал повышенную нагрузку. Помогал и спорт, которому Гари по-прежнему уделял много времени. Он являлся активным игроком в бейсбольной команде военного колледжа, и считался неплохим центровым.
— Здесь можно остановится поподробней, в команду колледжа он попал почти случайно как то вечером, после обычной переклички к нему подошел офицер параллельно обучаемого взвода, и спросил, играл ли Гари в бейсбол?
— Раньше он ответил положительно, сказав, что игры были эпизодическими и уж очень большого опыта у него нет. Не страшно отреагировал офицер, у нас беда, центровой вывихнул ногу, а заменить некем, ты бы ни смог помочь нашей сборной? да конечно сер!
— Гари, всегда шел навстречу начальству, нравилось это ему или нет, за это качество его ценило руководство военного колледжа, часто ставя его в пример, другим курсантам, вообщем по всем признакам он всегда ходил в лидерах, а это не мало, особенно если он совершенно не считал такой порядок чем, то неправильным, побеждает сильнейший!
— И уж точно, надежным будущим офицером Американской армии. Наставник и куратор профессор Рихтер, который и заметил его одаренность и тягу к наукам, часто с ним занимался индивидуально, что Гари, безусловно, импонировало, и он из кожи лез, дабы показать, что он высоко ценит такое особое отношение к себе.
— В лаборатории, куда определил его все тот же профессор, он пропадал, практически все свободное время от основного учебного процесса, эта лаборатория не была рядовой, скорее наоборот, подпитывалась из военного ведомства.
— В ней проводились очень интересные эксперименты, точнее сказать научная тема напрямую связанная с военными задачами, еще точнее, проверялись принципы возможной невидимости или как минимум, малозаметности, военных летательных аппаратов, в зоне действия, радаров противника.
— А возможно и других военно-транспортных средств. В теории задумано просто: заставить как можно больше интерферировать, волн радара, говоря проще, чем больше волн взаимно затухнут или не отразятся от объекта, тем лучше. В идеале отраженных волн недолжно бать совсем. Сказка? Да. Но для военных красивая!
— Вы только представьте, летит современный бомбардировщик или истребитель, летит на минимальной высоте, хотя мы и слышим звук мотора, но не видим сам самолет, наступает момент и он проносится мимо Вас с быстротой молнии, сделать уже ничего нельзя, остается только посмотреть в след удаляющегося самолета.
— А теперь рассмотрим этот случай с точки зрения военных, у службы контроля над воздушным пространством, имеется несколько способов, обнаружения летательных аппаратов противника, самый эффективный, надо полагать, Вы догадываетесь — является радарная станция дальнего обнаружения.
— Очень надежная система, любой мало-мальски заметный предмет, летящий в воздушном пространстве, обязательно будет виден на экране оператора. Немного фантазии и… Самолет летит, а отражения нет, соответственно нет и значка на экране, и это уже совсем фантастика!