Силуян с Эльвирой затравленно огляделись и только тут заметили, что окружены. Со всех сторон на них молча взирали угрюмые молодые парни в точно таком же камуфляже, как их грибник. И у каждого из них в руках было оружие.
Знаменитый писатель печенкой чуял, что попал в серьезный переплет. Ему никогда еще не доводилось бывать в столь опасной ситуации, но он попытался храбриться:
– Какого черта! Что вам от нас нужно? Мы же ясно объяснили, что просто осматриваем здешние места. Моя жена пишет научную работу… Кстати, а откуда вы знаете мою фамилию?
– Какая тебе разница? Знаем – и все дела, – насмешливо отозвался «провожатый». – Главное, что ты попал в круг моих интересов и находишься под наблюдением с первого дня прилета. Так что не пытайся вешать мне лапшу на уши, понял?
Он слегка повел в воздухе пистолетом, и Силуян почувствовал, как от страха по спине покатились холодные капельки пота. Тем не менее сдаваться он не собирался.
– Вы напрасно полагаете, что ваши выходки сойдут вам с рук, – заявил Силуян. – Я известный писатель, многие люди в курсе, куда я направился и где нахожусь. У вас могут возникнуть серьезные неприятности. Оно вам надо?
– Тимур, он не понимает по-хорошему, – вступил в разговор парень, который до сих пор молча стоял позади своего начальника. У него были бесцветные рыбьи глаза и оскал бульдога. – Давай выбьем ему парочку зубов – сразу разучится шутки шутить.
Неизвестно, что было бы дальше, но тут поблизости раздался оглушительный треск – как будто великан наступил на сухое дерево и переломил его пополам. Тимур и его команда насторожились и прислушались.
– Помогите! Спасите!!! – неожиданно изо всех сил завопила Эльвира, однако крик ее, отскочив от надгробных плит, повис в напряженной тишине.
– Взять их, – коротко приказал Тимур, и кольцо вокруг Эльвиры и Силуяна стало медленно сжиматься.
Тася очнулась, когда ее вытаскивали из машины. Перед глазами плавали мутные образы, как будто она находилась глубоко под водой, далеко от солнца, среди молчаливых рыб и теней. Тем не менее она сумела разглядеть высоченный забор и большой мрачный особняк из серого камня. Скрипнувшая дверь словно обвалилась на нее, и Тася попыталась заслониться руками, но они не слушались, и девушка только застонала от страха. Потом ее, будто лодку по бурному ручью, пронесло по длинному полутемному коридору, стены которого были увешаны огромными картинами в массивных рамах.
«Может быть, это сон?» – вяло подумала Тася. Впрочем, в голове у нее уже начало проясняться, и она даже смогла сообразить, что ее несут вниз по ступенькам. Вероятно, в подвал. Когда ее поставили на ноги, она покачнулась, но все же не упала. Перед носом у нее оказалась металлическая дверь, которая медленно открылась, после чего Тасю втолкнули в вязкий чернильный мрак. Замок лязгнул за ее спиной, и девушка, пробежав по инерции еще несколько шагов, начала падать в пустоту. Она отчаянно замахала руками, пытаясь сохранить равновесие, но не удержалась и рухнула вниз, приземлившись на что-то теплое, живое и мягкое.
Она еще не успела по-настоящему испугаться, как над ее головой на одно короткое мгновение вспыхнул огонек зажигалки и смутно знакомый мужской голос приглушенно выругался. В следующую секунду ее одним рывком перевернули на спину, и кто-то невидимый, но большой и сильный, навалился сверху и сомкнул руки на ее горле. Тася захрипела, чувствуя, как глаза начинают вылезать из орбит. Она извивалась ужом, пытаясь высвободиться, но ее каблуки лишь беспомощно скребли по бетонному полу.
– Значит, это все из-за тебя! Ты все-таки сунула нос, куда не надо! Может, ты и флешку скопировала?– выдохнул ей прямо в лицо нападавший, и Тася наконец поняла, что душит ее не кто иной, как Силуян Космос.
– Отпу… сти… те… – из последних сил пискнула она, но босс ее не слушал.
Тася была уверена, что еще немного, и она испустит дух, но тут из темноты раздалось лихое гиканье, и сверху на них навалился кто-то третий.
– А ну-ка, отпусти ее, писательская морда! – услышала она знакомый квакающий голос, который в тот момент показался ей поистине прекрасным.
Силуян разжал пальцы и вступил в схватку с нападавшим, а освобожденная Тася судорожно задышала. Как только к ней вернулась способность двигаться, она поднатужилась и на четвереньках выползла из куча-мала. Добравшись до стены, она прислонилась к ней спиной и принялась отчаянно тереть шею. Глаза ее так и не привыкли к темноте, поэтому она не видела, как развиваются события на поле брани, но отчетливо слышала сопение дерущихся. Потом откуда-то справа женский голос воскликнул: