Глава 16
Когда я открыл глаза за окном уже вовсю светило солнце, которое слепило прямо в глаза из окна. По началу я даже не понял, как в мою комнату попали солнечные лучи, ведь мое окно выходит на западную сторону и солнце просачивается через густую листву деревьев только во второй половине дня. Проспал универ?
Но когда я слегка приподнял голову и хотел было вскочить с кровати (люблю делать это резко, иначе вставать совсем не захочется и можно опять уснуть) — вовремя затормозил, затаив дыхание. Прямо на моих бедрах, чуть выше паховой области спала девушка, уткнувшись носом в мой… Стараясь не разбудить, я повернул голову направо и уткнулся лицом в мягкие объемные холмики с большими торчащими сосками. Еще не успев толком выдохнуть, попытался отстраниться, но меня обхватила нежная наманикюреная лапка, прижимая к себе как плюшевого котенка.
Лихорадочно прокуртил в голове события прошлой ночи. Момента, как ухожу к себе нет совершенно. Я не ночевал у себя! Мать меня грохнет. Хуже всего, что мое осознание факта, что я лежу в обнимку с обнаженными красивыми кисками (во всех смыслах) начало вызывать вполне естественную реакцию. Если так пойдет и дальше — Илона вполне проснется от моего стояка, упирающегося ей в глаз.
Поэтому, медленно и осторожно, стараясь не потревожить этих двух тигриц я приподнял сначала обнимавшую меня руку Лики, с явной неохотой отстранился от больших смущающих меня холмиков (к сожалению, как я все-таки подтвердил в процессе — искусственных, что впрочем ничуть не портило ощущений) и положил на свое место подушку. После чего затаив дыхание приподнял голову Илоны и выскользнул, подложив ей под голову край одеяла. Нашел на полу свои шорты и труселя, поискал глазами футболку, но вспомнил, что она осталась в большой комнате. А там скорей всего тоже кто-то дрыхнет, и не факт что… прилично. Поэтому махнул рукой, подхватил обувь на выходе и прикрыл за собой дверь, лихорадочно сбегая по лестнице, в боковой коридор, и дальше — к себе.
Наскоро принял душ, переоделся, глянул на планшет… я должен был быть на стоянке минут десять назад. Подхватил папку с конспектами и как угорелый метнулся на парковочную зону.
— Ну наконец-то, — выдохнул Дима, демонстративно глянув на часы. — Сколько можно копаться…
Денис не сказал ни слова, но взглядом испепелил так, словно я по меньшей мере лишил его карманных денег на полгода.
— Извините пожалуйста, — выдохнул я облегченно.
Мамы поблизости не было, значит казнь откладывается на вечер. А там уж что-нибудь придумаю. Дима покачал головой, и мы все забрались в авто, которое тут же тронулось на ускоренных — видимо Димон старался скоростью нагнать упущенное время.
По дороге Денис как-то странно на меня косился, делая вид, что копается в телефоне, а меня самого одолевали воспоминания о прошедшей ночи.
А вспомнить было что, девчонки оказались настоящими безбашенными оторвами. Сначала они меня мучили своими настырными язычками, доводя почти до пика и прерываясь в самый последний момент: одна целовала мне шею и спину, сжимая коготками кожу на торсе, а вторая медленно и размеренно… ну скажем измеряла глубину своей глотки, взяв как измерительный инструмент мой… инструмент.
Дальше они просто поменялись местами, заставили опрокинуться на спину, и на этот раз снизу фантазировала и безобразничала уже Лика. Илона же в этот момент нависла надо мной, проводя языком от шеи и до паха. Мало того, что моим глазам открывались потрясающие виды, рельефы и ландшафты, так еще и тактильные ощущения сносили крышу, особенно, когда оба настырных и упругих язычка встречались на определенном участке моего тела. Когда-то давно мне было до нетерпения интересно, что испытывает мужчина, находясь своей самой чувствительной частью тела в эпицентре грязного поцелуя двух девчонок без комплексов и тормозов. Так вот, скажу я вам, впечатление незабываемое. Меня буквально трижды обломали, останавливаясь буквально за миг до финиша. А в четвертый раз они почти подрались за то, кому достанется закономерный итог их общих усилий.
Лика оказалась более развязной, чем я предполагал, а Илона — более ненасытной. При этом по ощущениям она была более миниатюрной и тугенькой, быстро распалялась, несколько раз финишировала, ознаменовывая это тоненьким писком в закушенную ладошку. Последнее что я помню, как Илонка стоя на четвереньках кричала в подушку при каждом моем движении, тогда как язык Лики подобно контролеру отслеживал частоту и скорость моих вхождений, подбадривая нас обоих и подгоняя к более яркому и хм… обильному финалу…