В какой-то момент моему терпению пришёл конец. Придя из очередного ночного дежурства, опять напоролся на тяжёлую атмосферу в детской.
– Так! – громко сказал я, хлопнув по столу в углу комнаты.
Обе дочери вздрогнули и подняли на меня свои глаза, уставившись с таким эмоциональным напором и недетской серьёзностью, что по спине пробежал холодок.
– Так! Запомните! Папа хороший и тёти хорошие! Папа и тёти хотят сделать "бух" плохим, чтобы они не пришли вас обижать! Понятно?
Кажется, взгляд девочек потеплел. Продолжаем…
– Вы хотите тоже быть хорошими?
…Синхронный кивок двух детских головок.
– Тогда помогайте папе!
Я подошёл, обнял их и убрав из голоса суровые нотки, сказал:
– Я вас очень люблю! Лучше вас у меня никого нет…
В комнате резко "потеплело".
– Папа холоший! – впервые правильно выговорив почти всё, протянула Рита.
– Тёти холошие! – закончила мысль Мира.
Ух… "Лёд тронулся, господа присяжные"!
– И тётям можно с вами играть, когда папы нет? – стал я дальше продавливать детский эгоизм.
– Иглать! Иглать! – весело захлопали в ладошки девочки.
Кажется, моё внушение прошло как надо!
– Ррррррр… – зарычал я изображая страшного зверя и повалил смеющихся, счастливых дочек на пушистый ковёр.
Вот и говори после этого, что маленькие дети глупенькие и ничего не понимают! Всё они прекрасно понимают – просто ещё те хитрожопы! "Вьют верёвки", своей мнимой наивностью заставляя двигаться нас, взрослых, в выгодном для малолеток направлении! После этого случая Мира и Рита стали вести намного лучше, влюбив в себя не только Хранительниц замка, но и всех "Весёлых клинков"!
Просто идеальные дети! Интересно… Какой следующий "фортель" они выкинут? Я отгонял от себя эту тревожную мысль, но понимал, что это была только "первая ласточка" и к сожалению для меня, далеко не последняя. Чую, поседею с ними раньше времени!
Жизнь постепенно входила в привычную колею. Мы с наёмницами немного обжились в Шлёсс и уже не ощущали своей инородности на новом месте. Служба, тренировки и быт превратились в спокойную рутину. Появились первые знакомые, темы для разговоров и прочее, что делало нас, "Весёлых Клинков", своими.
Несколько недель, прожитых тут, дали время составить мнение о Шлёсс. Первое впечатление меня не обмануло – замковая жизнь Хранительниц сильно отличалась от той, что вели Защитницы на Кромках. Даже менталитет у них другой. Если в том же Кнара любой новоприбывший тут же подвергался расспросам, дружеским похлопываниям по плечу с предложением выпить за знакомство, то в Шлёсс воительницы были очень сдержаны и далеко не сразу шли на контакт. Их уровень подготовки хоть и уступал Защитницам, но чёткая дисциплина и явно более высокий уровень образования компенсировала это – никакого разброда и вольницы, вопросы по существу и без гонора. Жилось тут не в пример скучнее, но спокойнее. Создавалось впечатление, будто попал в хорошо отлаженный механизм, где всякая шестерёнка знала, в какую сторону крутиться и с какой скоростью.
Настоятельница, кажется, совсем забыла про меня, видимо, давая время на адаптацию. С одной стороны – странно, а с другой – я был благодарен ей за это. Дети и новый уклад жизни отнимали много сил, не оставляя времени на нормальный отдых.
Сегодня "отлаженный механизм" дал первый сбой. В этом поучаствовали и мои дочери.
Дневные занятия на тренировочных кругах. Разбитые по парам наёмницы и Хранительницы отрабатывают, под моим чутким руководством, броски и удары без оружия. Жарко. Душно. Уже мечтаю о сезоне Дождей – хочется остыть немного. На моих подопечных такая погода, кажется, не действует совсем. С азартом и прилежанием девахи валяют друг друга в пыли. Лишь только мокрые дорожки пота на лицах выдают в них людей, а не оживших, серых памятников. И пусть им не стать за столь короткий срок настоящими "рукопашниками", но результаты, честно говоря, превосходные – уже сейчас они могут без оружия разнести в пух и прах вооружённый отряд, равный им по численности, а если с оружием – то вдвое, если не втрое, превосходящий. Стараюсь обучить их всему понемногу. Утром "физика" с марш-бросками, силовыми нагрузками, растяжками и тренировки с различными видами оружия. Днём – рукопашный бой, а вечером работаем командно с последующим "разбором полётов". Даётся всё женщинам нелегко, но ни одна даже не пискнула, несмотря на обмороки, травмы и безмерную усталость. Иной раз даже приходится некоторых снимать с тренировок, когда они перебинтованные, хромоногие, вымотавшись до предела после прошлых неудачных для них занятий, чуть ли не ползком добирались до тренировочных кругов. Ругал их, конечно, за такой чрезмерный энтузиазм, но в душе был доволен – слабаков среди них нет!