А если возобладает индивидуальный инстинкт самосохранения – труса и дезертира вздернут перед строем… Взбодрить прочих.
Но. Но. Но. Эти социальные институты принуждения, наказания, организации и страха, которые заставляют индивидов строиться и выполнять социальные задачи и системные функции, эти полиции, заградотряды, военкоматы и ордена, – они все вторичны. Они все – производные от социального инстинкта. Они – его реализация и детализация.
А первичен – он. Социальный инстинкт. Стремление к великим делам и великим подвигам – в составе прославленных групп, железных когорт, беззаветных патриотов и самоотверженных созидателей. Давно истлели кости бойцов, пали державы и сменились эпохи. Но когда наше воображение на миг переносит нас туда – о нет, мы не дезертиры, мы не здравомыслящие, и мы даже не гуманисты! Мы франтиреры. Через нас энергоэволюция Вселенной движет себя с максимальной силой по всем направлениям пространства-времени.
Капрал не загоняет нас палкой в строй, заградотряд не направляет нам в спину пулеметы, водка не дурманит мозг и пропагандисты не загаживают его. Мы – сами! – занимаем место в древнем строю бойцов, и шагаем вперед, и готовы отдать все силы, и рассчитываем выжить, и победить, и насладиться победой.
Вот эта романтичная игра воображения – есть ярчайшее и чистейшее проявление социального инстинкта. Мы отождествляем себя с победившим социумом! – а не с мучениями и смертью большинства его членов. Вот эта извечная игра воображения! – как крошечная прозрачная акварель, отображает отношение человека к конфликту между индивидуальным и социальным инстинктами.
Нет-нет! – наедине с собой мы можем признаться в трусости, и эгоизме, и представлять, как ловко сумели бы спастись, увильнуть, спрятаться, выжить, и ну его на хрен этот кровавый ужас; оно конечно. Но одновременно мы представляем, как мужественно и грозно идем на опасность в первой шеренге – и побеждаем! и тебя все боятся! а свои уважают! И даже если убили – гм… сейчас это уже не так страшно и не так больно… в воображении-то… и хоть ты там и погиб – но одновременно здесь и сейчас ты жив и гордишься собой, и это приятно и правильно, позитивное такое чувство.
Так воспроизводится культура. Усвоенные с культурой идеалы играют в твоем воображении, как плюшевые волчата в логове: в свой срок они будут волками.
Скажи мне, о чем ты мечтаешь, – и эхо откроет будущее твоей страны.
Коллективная ответственность
Время проходит свой круг – и опять приходится доказывать банальные истины.
1. Человек идентифицирует себя и других на двух уровнях – индивидуальном и групповом. Или:
Идентификация имеет двухуровневый характер.
«Я» («ты») – хороший или плохой, умный или глупый, трудолюбивый или лентяй, сильный или слабый, красивый или уродливый. А также, скажем: я – врач, муж, сын, отец, брат, меломан, альтруист. Личностная идентификация – это характеристика человека, определение человека, круг занятий и обязанностей человека. Это – портрет и анализ личности: вот ты лично, сам по себе, – что из себя представляешь, чего стоишь? Дружить с тобой или дать по морде, любить тебя или гнать, доверить тебе дело или жалеть.
Личностная идентификация – это совокупная характеристика всех качеств человека в полном объеме их связей с общим устройством мира и социума.
Но. Еще. Существуя как единица, индивидуум, личность, монада, – человек всегда и само собой существует еще как часть группы, член группы. Парень из нашего двора, нашего класса, нашего города, нашего кружка юннатов, нашей футбольной команды; нашей роты, нашего округа, нашей армии, нашего рода войск; нашего института, нашей специальности, нашей фирмы; нашей национальности, нашего народа, нашей страны; нашей политической партии, нашей сексуальной ориентации, нашего министерства.
Групповая идентификация – это принадлежность индивида к группе, обладающей определенными характеристиками, качествами, свойствами, особенностями.
2. Между индивидуальной идентификацией и групповой образуется разрыв, качественное различие. Естественное различие между человеком как таковым – и человеком как членом группы.
Этот разрыв ведет к неустранимым противоречиям и спорам.
Сам по себе хороший человек, верный и храбрый. Но – эсэсовец.
Сам по себе плохой человек, эгоист и трус. Но – был санитар и выносил из боя раненых.
Ага. Еврей. Но хороший. Русский. Но сволочь.
Есть различие между двумя сущностями человека – индивидуальной и социальной. Личность сама по себе и личность как часть своего социума – не одно и то же.