70. Но. «Отделы» и «сектора» адаптационного ресурса, хотя и связаны теснейше между собой, все-таки занимаются каждый своим делом. Образование гормонов, возникновение мощных возбуждений психики, регенерация тканей, выработка антител, – это разные функции разных мест. И у каждой группы, у каждого органа – свое собственное «состояние здоровья», свой «рабочий ресурс». Хотя, повторим, они теснейше связаны, в первую очередь общеэнергетически.
Поэтому органы, ответившие за компенсацию операционной травмы, могут иметь такой ресурс, что все равно сдадут в человеке не первыми. Может сдать по старости и ослаблению другое место. А те «ремонтники» дальше жили довольно спокойно и могли бы еще двадцать лет тянуть, имея у себя запасы для ремонта. Ан уже не понадобились их запасы.
То есть. Весьма част вариант, когда перенесший в жизни тяжелую операцию человек проживает долгую полноценную жизнь, а сдает у него первым совсем другое место.
В таком случае растрата общеадаптационного, общеэнергетического ресурса при операции была очень невелика и сказалась на органе другом, послужившем причиной отдаленной смерти, весьма слабо.
XIII
71. Лучше поздно, чем никогда, как сказал цыган, положив голову на рельсы и глядя вслед уходящему поезду. Вот мы и добрались до того, чего ради эта глава и была написана. Дьявол, насколько проще составлять хрестоматии из чужих отрывков, чем и занимается куча культуртрегеров, нежели, устраивать из чана плавильный котел. Как говорит мой друг и большой юморист Задорнов большому и темному залу: «Ну? Готовы? Точно готовы? Тогда слушайте!»
В 1970 году, по следам великих мировых волнений шестьдесят восьмого года, американский футуролог Элвин Тоффлер написал прогремевшую книгу «Футурошок». Это веха. Краткая суть в том, что изменения цивилизационной среды и образа жизни идут с нарастающим темпом, их надо прогнозировать и готовиться заблаговременно и комплексно, ибо адаптация к ним трудна и проблемы нарастают: футурошок выбивает людей из колеи, нарушает представления о жизни и мешает приспособиться к стремительно меняющимся обстоятельствам. Книга толста и общеизвестна. За сорок лет со дня ее выхода кое-что сбылось, а в основном ничего этого не произошло, как всегда и бывает с футурологическими сочинениями.
Но одна часть просто ошарашивает. Тогда – оу, это было таки кое-что!
Это «Часть пятая. Пределы адаптации».
В ней Тоффлер излагает и комментирует исследования ряда американских врачей, иммунологов и психиатров, 1950 – 1960-х гг. А сводятся результаты этих опытов вот к чему:
Чем больше разнообразных изменений произошло в жизни человека за последний период – тем больше он будет болеть.
Нет-нет, они подходили к делу добросовестно и капитально. Они определяли репрезентативные группы и набирали статистику. Много, долго, тысячи людей с разными обстоятельствами. Многостраничные анкеты: женитьба-развод, переезд-покупка, новоселье и смена работы, потеря близких и учеба, новая машина и аварии, изменения в питании и тренировках, и т. д. и т. п. и др. и пр. Три тысячи моряков с трех крейсеров, ушедшие на полгода в море, – только одна из групп; нравится? А также спортсмены, пенсионеры, беременные и хроники-больные.
Результаты для всех принципиально однозначны! Чем было больше изменений – тем в равных условиях потом больше болеют. Чем? Кто чем. Всем.
Иммунитет не сам по себе, но сильнее-слабее в зависимости от количества и качества стрессов всех родов, которым подвергался организм за последний период.
Если установившийся стереотип образа жизни человека не тяготит и соответствует душевному комфорту – здоровья будет больше. О чем мы и говорили в начале главы.
Последние полторы страницы мы с суперталантливой краткостью пересказывали Тоффлера. А теперь будем опять сами.
А то вы никогда не слышали: человек, например, с душой строил себе дачу. Копил, доставал, привозил, мастерил, улучшал, вылизывал, – все мечтал, как чудесно заживут. Не зажил. Только все закончил – и похоронили.
72. «Избранники богов умирают рано». «Кого боги хотят наградить – тому даруют много горя и много радости». «Увидеть Париж и умереть».
Наш адаптационный ресурс не безразмерен. А адаптироваться приходится абсолютно ко всему. Мельчайший новый фактор – полградуса температуры, ветерок, пролетевшая птичка в небе, рубашка другого цвета, ночной крик соседского осла, в смысле сына, – организм должен воспринять всю эту информацию, профильтровать, отделить нейтральную от той, на которую надо реагировать, подать команды органам и восстановить стабильное состояние организма, которое уже было готово чуть измениться под воздействием всех этих внешних факторов.