— На Виктора? — удивился инженер. — Но какой же он убийца? Он мастер, работает на железной дороге, любит свою жену… И вообще, в недавнем прошлом толстовец — он сам мне рассказывал…
Секретарь покачал головой.
— Вы не учитываете одного важного обстоятельства. Да, Виктор Дрыгин любит жену. И вроде бы ненавидит насилие — вот только вчера он об этом рассуждал за ужином. Но еще сильнее он ненавидит несправедливость. То есть этот человек готов стать революционером. Ради переустройства общества на справедливых основах такой человек пойдет на многое, даже на убийство. Если вы сумеете его убедить, что исполнить поручение — важно для партии, он согласится.
— Весьма признателен вам за совет, — сказал Дружинин.
Однако беседовать с поклонником Горького Виктором Дрыгиным он не стал. Вместо этого он отыскал у моря Ваню и шепнул ему:
— Собирайся. Завтра утром мы уезжаем.
— Что, завербовал? — так же шепотом спросил Ваня.
— Нет. Но узнал, как это здесь делается. Больше нам здесь делать нечего.
Глава 25
— Ну что, господа, все в сборе? Можно начинать? — сказал генерал-лейтенант Мосолов, оглядев людей, собравшихся в его кабинете. Был поздний вечер конца сентября; условный день, когда члены кружка собирались на свои заседания.
— Да, голубчик, я полагаю, препятствий для того нет, — кивнул министр двора Фредерикс, самый старый из участников собрания. — Я только хотел спросить: все ли меры приняты, чтобы нас не могли подслушать? А то ведь мы сегодня должны говорить о крайне важных вещах, и посторонние уши здесь не нужны…
— Хочу заверить вас, барон, что возможность подслушивания мной совершенно исключена, — заявил хозяин кабинета. — Мои домашние, разумеется, вне всяких подозрений. Слуги тоже все люди проверенные. И все же, поскольку мы обсуждаем вопросы государственной важности, я решил принять дополнительные меры защиты. Входя сюда, вы могли заметить, что на входе в кабинет установлена вторая дверь. И я ее запер на ключ, так же как и эту, внутреннюю.
И генерал-лейтенант указал на красивую дверь орехового дерева.
— Таким образом, от прочего дома нас отделяет тамбур, — продолжил Мосолов. — Так что подслушать никто не может.
— Скажите, генерал, а вот этот аппарат не может быть источником какого-либо шпионства? — спросил еще один участник собрания, комендант Зимнего дворца Владимир Воейков, указав на телефонный аппарат, стоявший на столе Мосолова. — До меня дошли слухи о том, что вроде бы существует такая возможность. И во дворце происходят какие-то непонятные работы по укладке телефонного провода в ваш кабинет, хотя такой провод к вам уже проведен…
— Да, и работники, которые там заняты, ведут себя возмутительным образом! — поддакнул барон Фредерикс, являвшийся тестем Воейкова. — Я уже устроил им разок выволочку и не буду сносить их нахальства и впредь!
— Работникам я скажу, чтобы они вели себя с вами, барон, крайне почтительно, — сказал Мосолов. — А что касается проводов, которые они ведут в мой кабинет, то это отдельная тема, и я как раз собирался известить вас о новых технических открытиях, которые я надеюсь использовать в наших общих интересах. Дело в том, что я приблизил к себе одного молодого человека…
И начальник императорской канцелярии рассказал собравшимся о своих встречах с инженером Дружининым, о сделанном инженером открытии в телефонном деле и о том, как он, Мосолов, собрался это открытие использовать.
— Таким образом, мы получим возможность слышать все разговоры наших противников, — заключил генерал-лейтенант свой рассказ. — Пока что я дал распоряжение установить эти устройства в домах известного вам выскочки Кривошеина и проходимца Гурко, а также в их служебных кабинетах. На это, естественно, потребуется некоторое время и определенные усилия, но так или иначе дело будет сделано, и мы получим доступ ко всем их секретам. А со временем мы можем расширить список наших… э… адресатов.
— Да, неплохо было бы включить туда министров Коковцова, Горемыкина, генерала Спиридовича… — заметил обер-гофмаршал граф Павел Бенкендорф.
— Да, Спиридовича послушать было бы очень желательно! — поддержал его начальник императорской походной канцелярии князь Орлов. — Они вместе со своим дружком, так называемым адмиралом Ниловым, хотят нас опередить, втереться в доверие к государю и, как говорит русская пословица, загрести жар чужими руками!
— Однако, генерал, что-то у вас с вашим инженером, я вижу, не складывается, — заметил еще один участник собрания, генерал-майор граф Александр Граббе, обращаясь к хозяину кабинета. — Мне сообщили, что три дня назад Кривошеин внезапно уехал из Петербурга, и неизвестно куда. А Гурко окружил себя дополнительной охраной. Уж не сообщил ли кто из помощников вашего драгоценного инженера о грозящей им опасности?