— Ну что, пойдем в Ботанический сад? — спросил юноша.
— Нет, лучше на Песочную, где дачи, — отвечала его спутница. — Там так красиво!
И они двинулись прочь. Когда оба скрылись из глаз, инженер ответил:
— Я не совсем уверен, но кажется, я зарыл груз где-то на Песочной или неподалеку.
— Направо сворачивай! — приказал следователь вознице, и повозки покатили по набережной, затем свернули на проспект, а с него — на Песочную.
Вся улица была застроена дачами известных людей; они были окружены садами.
— Да, где-то здесь, где-то здесь… — бормотал Дружинин, оглядываясь. Теперь, когда поблизости не было Маши (а это ее он увидел возле въезда на остров), инженер искал еще каких-то знаков от товарищей. Правда, главное он уже знал — друзья рядом, они готовы его освободить. Надо было только помочь им, увидеть их подсказку. А Дружинин не сомневался, что такая подсказка будет.
— Может, пора нам выйти, размять ноги? — предложил следователь. — Если место где-то рядом, то пешком его легче будет найти.
— Вы совершенно правы, — согласился инженер.
Молодцов дал команду, возки остановились, и полицейские высыпали наружу. Только теперь Дружинин разглядел, как основательно был вооружен его конвой: четверо стражников были с карабинами, остальные не вынимали руки из карманов, где у них, очевидно, были спрятаны револьверы. Впервые у инженера возникло сомнение, что друзьям удастся уничтожить всю эту охрану.
Людей на улице почти не было, и никто не мешал арестанту в его поисках. Они миновали одну дачу, вторую… Нигде не было никаких рабочих, никаких гуляющих молодых людей — в общем, никаких знаков. Инженер чувствовал, как нарастает нетерпение у идущего рядом следователя. Он не знал, что делать…
И в этот момент сзади раздались выстрелы.
Глава 33
Стреляли сзади, метрах в пятидесяти от процессии. И стреляли часто — было такое впечатление, что там шел настоящий бой. И Дружинин, и следователь, и все стражники обернулись — и увидели, как позади них перебегают улицу люди, на бегу стреляя из револьверов в сторону скрытого за деревьями здания.
— Там же дача министра внутренних дел Макарова! — воскликнул Молодцов. — Боевики напали на дачу министра!
— Это они как с господином Столыпиным! — сказал один из охранников, пожилой дядька, как видно, старший здесь. — Может, господин министр сейчас здесь, вот они и хотят его убить!
— Да, скорее всего, так! — кивнул следователь. — Как это некстати! Хотя для министра, наоборот, кстати, что мы здесь оказались. Вот что, Сидоров, — обратился он к пожилому. — Возьми еще одного — ну, хоть Ковалева, — и останетесь с арестованным. Глаз с него не спускать! А я поведу людей на подмогу охранникам министра. А то перестреляют их всех, как куропаток, — вон какая пальба идет!
И следователь во главе десятка жандармов направился к месту боя. С их появлением стрельба там разгорелась с новой силой.
— А ну, господин хороший, — обратился Сидоров к инженеру, — полезайте назад в карету. И сидеть там тихо, без глупостей!
И он угрожающе покачал дулом револьвера.
Дружинин молча повернулся и не спеша направился к карете. Внутри у него все сжалось, будто пружина. Он понимал, что стрельба возле дачи министра началась не случайно, что это, скорее всего, отвлекающий маневр и что товарищи вот-вот придут ему на помощь.
И действительно: в тот момент, когда он уже поставил ногу на ступеньку, готовый залезть в возок, из-за угла ближайшего дома вдруг появились четверо. Троих инженер узнал сразу: это были Углов с Ваней и Маша. Четвертый был высокий молодой парень — тот самый, что стоял с Машей у въезда на Аптекарский остров. Впрочем, долго разглядывать освободителей у него времени не было — они действовали стремительно. Молодой парень выстрелил в Сидорова, Углов — во второго охранника. Майор бил без промаха, охранник упал и больше не шевелился. А вот старший из охраны, пожилой Сидоров, был только ранен. Он залег за колесом возка и открыл огонь по своим противникам. Пожилой успел сделать два выстрела — пока Дружинин с размаху не опустил на его затылок свои руки, закованные в кандалы. Пожилой ткнулся лицом в землю.